— Все едва ли так просто. — Сергей на секунду замолчал, подыскивая нужное слово. — Император не хочет признавать тот исход войны, о котором мы с вами договорились.

— Но я не понимаю, почему, се Сергей, — в голосе Ррита послышались нотки разочарования. — Вы же выиграли войну. Разве император хотел, чтобы вы проиграли?

— Он не отдавал приказа о вторжении в ваши Исконные Миры и хотел заключить с вами мир сразу же после А'анену.

— Это бы ни к чему не привело. Мы бы не признали адмирала Темным Крылом и получили благословение эсЛи начать новую войну против вас.

Ррит поудобнее устроился на своем импровизированном насесте, часть его лица была освещена отсветом утреннего неба, часть оставалась темной из-за царившего в комнате полумрака.

— Я читал в книге адмирала, что он твердо был намерен вести боевые действия на нашей планете Зор'а. Разве не ты говорил мне, что император тоже прочитал эту книгу, прежде чем послал ха Марэ воевать с зорами?

— Да, это так. Именно эта книга и убедила императора назначить Марэ на командный пост. Но он все же не предполагал, что мы и в самом деле добьемся победы, по крайней мере, не таким способом, который описал Марэ. Император считал все его рассуждения всего лишь риторикой, признаться, так думал и я, — Сергей подпер подбородок руками и тяжело вздохнул.

— Риторикой? Мне кажется, я не вполне понимаю это. Разве император считал, что адмирал не придавал серьезного значения собственным планам?

— Нет, он просто считал их преувеличенными. Наша армия — это арена политических интриг для императорского двора, и друзья Марэ, которых немало при дворе, убедили императора, что такой выбор будет политически оправданным.

— Политически оправданным?

— Если бы лорд Марэ потерпел поражение, у императора было бы кого обвинить в этом поражении. Если бы он победил, Его Величеству воздали бы хвалу за то, что он нашел такого славного адмирала. Потом Марэ ушел бы в отставку, стал бы премьер-министром и спокойно пожинал плоды своей победы.

— Если ты позволишь, се Сергей, я бы назвал это двуличием.

— Политика — это и есть искусство быть двуличным, се Ррит, — пояснил Сергей, глядя на медленно бледневшее на востоке небо. — Стоит подумать над тем, что нашего адмирала будут судить сегодня за то, что он не проиграл, а выиграл войну, и что те, кого он защищал в этой войне, стали его врагами, тогда как те, против кого он сражался, теперь его друзья.

— И чем же этот суд… завершится? Сергей встал и подошел к окну, откуда эхом доносился первый утренний шум.

— Лорд Марэ — человек высоких идеалов и принципов. Он твердо верит, что с него снимут все обвинения, — Сергей снова обернулся к зору. — Он верит в то, что справедливость восторжествует и все, что нами сделано, будет признано благом для всех цивилизаций.