– Он какие-то твои бумаги на кон поставил, – наябедничал Тихий.

Старшой поднял брови.

– Ну те твои: «Отдано на сохранение и умножение»… – осклабился Магон. Командир уже ржал, держась за живот.

– А если бы проиграл? Куда бы они за ними пошли?

– Их жадность погубила. Все-таки десять тысяч на кону.

– «Ночные», что ли? Местные?

– Да так… шантрапа. Но проигрались прилично. У кого-то хозяйство за долги отжали, все равно продавать. А тут мы нарисовались.

– Я понял тебя, катала ты старый. А в чем геморрой?

– Так нас мало… Я боялся, что сегодня или завтра ночью они попытаются это отыграть. Но уже без карт, а так, мечами. Так что ты, как всегда, вовремя, Старшой. Вас много?

– Если всех считать – человек девяносто. Хватит?

– Не то слово, командир. Как я рад вас видеть! Всех. Девяносто человек. Но вас с Сержантом – больше всех.

– Давай показывай, куда рулить. Шкипер, мы рано встали на якорь.

– Я уже понял, командор.

Подплыли к нашему берегу. К нашему берегу. Как звучит! Одна из улиц заканчивалась у воды большим купеческим двором, конюшней, рядом складов и большим зданием, построенным явно на случай долгой осады. С берега протянулся погрузочный лодочный причал.

Подошли почти к самому берегу. Начали заводить галеры вперед для разгрузки. Старшой подошел к Кэпу и Юлу, которые, свесившись вниз и матерясь, пытались командовать гребцами.

– Шкипер, а галеры могут подойти вплотную?

– Конечно, командор, у них осадка втрое меньше.

– Послушайте: раз нельзя делать постоянную пристань, давайте сделаем плавучую?