– Понимаю. Хорошо.

Бард чуть приподнял голову. Примерно сейчас он должен стукнуться макушкой о потолок.

– Хорошо, что я лютню оставил в лесу. А то бы промокла.

Тео снова то ли хмыкнула, то ли всхлипнула.

– Рик…

– М-м-м?

– Очень странно умирать с тобой в одной компании.

– О, я тебя понимаю.

– Нет… не совсем. Просто… Я ведь считала тебя врагом, а теперь вот… ты вдруг вызвался мне помогать. И сразу после этого… Судьба, наверное, смеется. И мне… было бы… нет, подыхать вообще горько, но горше мне было бы, если бы я знала, что ты меня обманул.

– Я не обманул.

– Объясни.

Бард прикинул, сколько времени у них осталось. Судя по прижатой к камню голове, совсем немного. И постарался объяснить очень коротко, хотя те события, что привели его сюда, помнил до мельчайших деталей и, если б выжил, написал бы целый трактат…

Рикардо Риомболь никогда не был фанатиком. И истово верующим в Близнецов тоже. Если уж совсем честно, до тех пор, пока его, испуганного маленького музыканта, подающего большие надежды, не привели в Храм Ордена, он вообще не задумывался о богах. Жрецы Древа в школе объясняли, что поклоняются силам природы, а само Древо – лишь ее олицетворение. Хотя некоторые говорили, что Древо в самом деле существует – оно растет на той стороне земли, и у корней его бьет Источник Мудрости.

В Храме Близнецов Рика познакомили с иной мудростью, – сначала ткнув лицом в пол перед фреской с изображением божественных Братьев, а потом оставив без обеда за невинный вопрос: «Создал ли Близнецов Создатель?».

Стал ли он после этого верить? Нет. Бояться – да.

Но потом страх прошел. Орден Близнецов, в отличие от Ордена Древа, не мог похвастаться таким количеством святых старцев, творящих чудеса, исцеляющих источников и мирных сподвижников. С самого начала Орден был нацелен на власть мирскую. И это не шло вразрез с религией – ведь Братья, как утверждали жрецы Близнецов, покровительствовали миру вещественному, и требовали от своих последователей не кротости, смирения и благодетели, а ума, хватки и хитрости. «Наши Боги», – вещали с возвышений в Храме Старшие, – «Хотят от вас, юных, чтобы вы всего добивались сами. Не делают за вас работу, посылая чудеса, а воспитывают в вас умение самостоятельно справляться с проблемами этого мира».

Рикардо Риомболь стал Кано, и где-то по пути к этому превращению растерял свой страх перед богами. И… да, веру. Трудно было верить, глядя на то, что творилось в Храме по ночам. Иногда и днем – когда в подвалы волокли «гнилоустых богохульников», чтобы там запытать до смерти. Когда из-под полы передавались кошели, звенящие, туго набитые – чтобы Старшие решили вопрос в пользу просителя.