— Всё так плохо, как мы ожидали?

Ваширо отозвался после самой краткой заминки:

— Объём десятины, как мы и предсказывали, значительно уменьшился.

Магистр ордена поджал губы, потом, сверившись с огромным гроссбухом, продолжил:

— Власти на Терре, будем надеяться, останутся довольны, что наш орден расцветает. И, если Бог-Император сжалится над нами, так и будет.

Он поболтал вино в кубке, задумчиво вглядываясь в бордовые глубины.

— Мы Серебряные Черепа, — произнёс Ваширо, наблюдая за явным ужасом магистра ордена. — Мы преодолеем всё.

Слова вышли машинально, но чувства это в них не убавило.

— Да.

Аргенций поднёс кубок к губам и одним махом проглотил содержимое, после чего отставил кубок в сторону. Безмолвный слуга выступил из тени и унёс кубок прочь. Благодарности он не услышал. Он её и не ждал.

— А что насчёт… — Ваширо перешёл к следующей теме, глянув в инфопланшет. Тень улыбки скользнула по его лицу, — восьмой роты?

— Ах, да. Это… — Аргенций ответил на улыбку Ваширо. — Капитан Мейоран, пусть предки хранят его душу, в прошлом рекомендовал его достаточно высоко. Боевые заслуги Гилеаса говорят сами за себя. Он — самый подходящий кандидат на место командира. Молод, возможно, но это наш лучший вариант.

Весть о недавней смерти Кейле Мейорана от рук эльдарских налётчиков пришла на Варсавию по астропатической связи. Ещё одна злосчастная потеря, однако рассказ о его самопожертвовании уже вошёл в легенды и цитировался в учебных залах. Наследие Кейле Мейорана будет жить.

— Гилеас Ур’тен. Вундеркинд Андреаса Кулле. Что ж. Хорошо бы, Кулле был здесь, чтобы увидеть, как Гилеас преодолел свои глупые детские предубеждения, — магистр ордена умолк и задумчиво потёр подбородок.

— Но? — Ваширо не составило труда почувствовать замешательство командора, и он мягко попытался вытянуть из него ответ. Даже самый молодой прогностикатор, без многих лет практики, без личного знакомства с этим могучим воином, почувствовал бы его внутреннюю борьбу. Но совсем немногие так же легко сумели бы докопаться до сути тревог лорда-командора.

Ещё одна улыбка, на этот раз слегка смущённая и унылая:

— Ты слишком хорошо меня знаешь, Аэрус.

— Конечно, — ничуть не смущаясь своего урождённого имени, Ваширо уважительно склонил голову. — Это, только без обид, всё-таки моя работа.

Аргенций рассмеялся и одобрительно хлопнул ладонью по широкому столу. Но вот смех затих. Наблюдать за возвращением серьёзной мины на лицо командора было всё равно, что смотреть, как тучи заволакивают солнце.

— Гилеас — прекрасный воин, — сказал Аргенций, внимательно разглядывая инфопланшет. — Здесь вопросов нет. Он хороший и честный человек, и подобное повышение приведёт восьмую роту к великим делам.