Узкий проход продолжался почти на всю длину коридора. Вдоль стен тянулись мониторы, по центру стояли столы. Пахло антисептиками и рибутами. Кто-то старался изгнать запах смерти и потерпел неудачу.

Тони сказал, что противоядие хранится в задней части лаборатории под замком в большом застекленном помещении. Я потащила человека мимо компьютеров, длинных столов и толстых фолиантов.

Штативы со шприц-тюбиками аккуратными рядами стояли на стеллаже – как Тони и говорил. И они были подписаны взятыми наугад буквами и цифрами, смысла которых я не понимала. Тони об этом тоже говорил. Как же узнать, какой из них нужен мне?

Я чиркнула пропуском Бишопа по замку, и двери открылись. Шагнув в прохладное помещение, я отпустила человека и ткнула пистолетом в его здоровое плечо.

– В котором из них антидот?

Он захлопал глазами. Скосив их на мой штрихкод, он чуть не заплакал.

– Сто семьдесят восемь, – сказала я. – Это не для меня.

Он замялся, взгляд забегал между мной и полками с препаратами. Он знал, что можно сказать неправду. Он мог всучить мне какой-нибудь страшный яд, который сделает с Каллумом ужасные вещи. Я очень надеялась на его человеческий страх передо мной.

– Сказано же тебе: я Сто семьдесят восемь. – И с этими словами я сильнее надавила стволом. – Убью тебя и глазом не моргну.

Он сделал прерывистый вдох и указал на штативы, которые стояли на нижней полке. Их было три, по пятьдесят шприц-тюбиков в каждой. Жидкость была мутная, почти серая.

– Вынимай, – приказала я. – Все до единого.

Сверху донесся шум. Я застыла и посмотрела на потолок. Это был топот ног. Бежали сотни рибутов. Потолок дрожал, разносились крики и смех.

Адди выполнила задачу.

Я улыбнулась и снова переключилась на человека: тот стоял столбом и таращился на меня. Я мотнула головой; он опустился на колени и вытащил первый штатив, украдкой глянув в мою сторону.

– Вы нас убиваете, – прошептал он.

– Да неужели? – Я обвела рукой помещение, показывая на бесчисленные ампулы. – А я вот считаю, что это вы виноваты, пичкая нас этой дрянью.

– Мы защищаемся от вас, – возразил он, утерев нос и выставив на пол второй штатив. – А вы… – Он ткнул пальцем в потолок, уже понимая, что произошло. – Вы взяли и выпустили всех.

– Мы их спасли.

Бишоп что-то буркнул и поставил третий штатив на первые два.

– Вот. Это оно.