— Алкоголь?
— Нет.
5
5
— Ну что же, подведем итоги. Было задано восемь вопросов, и у меня еще четыре в запасе — но к чему? Вы и не заметили, должно быть, что давно уже проиграли. Три умолчания, три лживых ответа — более, чем достаточно. Просите объяснений? С удовольствием. Синий — любимый цвет; ложь. Причем как будто бы недоказуемая — но только на первый взгляд. С таким же успехом — или, вернее, неуспехом — вы могли бы назвать зеленый, оранжевый, серо-буро-малиновый в крапинку… Любой ответ был бы против вас: у технетов нет любимых цветов; у нас вообще нет ничего любимого, мы не эмоционалы, мы технеты. Футбол — тут вы сказали правду. Хотя и противоположный ответ был бы уместен: мы иногда играем между собой — не только потому, что наследие людей изживается с трудом, но и для того, чтобы определять уровень реакций каждого технета — это своего рода тест Службы Исправности… Далее: наркотики — чистая правда. А вот алкоголь — ложь. Я ведь сказал вам, что эти два отрицания прозвучали очень по-разному; это не мое впечатление, это показания приборов. Но не станем углубляться в технологию. Вот вам и вся арифметика. Мало того, что вы проиграли: вы к тому же дали понять, что вы не технет, а человек. Так что теперь я освобожу вас от всей той паутины, в которой вы запутались, — я имею в виду мои датчики, — и будем считать, что сеанс окончен. Сеанс одновременной игры.
Он принялся быстро и умело снимать датчики и отключать провода. Милов сидел неподвижно. Он провел языком по пересохшим губам.
— У вас тут есть что-нибудь попить?
— Пересохло во рту? — в голосе Клевреца вдруг прозвучало как бы неподдельное участие. Он открыл один из шкафчиков у стены — это оказался холодильник, — достал бутылочку. — «Фанта» вас устроит?
Видимо, удивление Милова выразилось в его глазах: бывший сослуживец засмеялся.
— Старинное изречение можно было бы перефразировать так: «Я не человек, но ничто человеческое мне порой не чуждо», — сказал он. — Что делать, мы слишком долго существовали в тесном общении с людьми, и даже, признаюсь, в чем-то завидовали им, хотя зависть — чувство, а чувства, как вам уже известно, нам не свойственны. Но ведь и чувствам можно подражать — и не без успеха… Так что, кстати говоря, вы напрасно испугались вопроса насчет противоположного пола. Ну, пейте смело: в эту жидкость ничего не подметано.
Милов не без удовольствия осушил бутылочку.
— Еще? Не стесняйтесь, вы меня не разорите, и Службу тоже.
— Благодарю, достаточно.
— На здоровье. Надеюсь, что оно вам еще понадобится. Но я ощущаю, что у вас возникли по этому поводу сомнения или, по крайней мере, вопросы. Не стесняйтесь задать их.