Они привели воинство.

Старому Хрофту оставалось только возглавить его.

Внизу Сигрлинн и О́дин всё ещё обменивались ударами, хотя владыке Асгарда приходилось нелегко. Огненный вихрь почти вмял его в самый ствол Иггдрасиля, но Отец Дружин держался по-прежнему.

На равнине же рыцари в белой броне и ведьмы в своих лохмотьях стремительно перестраивались, словно только и ждали чего-то подобного.

Они не дрогнули и не побежали. Рыцари быстро сжались в плотную фалангу вокруг развёрстых врат Асгарда, ведьмы укрывались за их рядами, готовые пустить в ход магию.

Резкий, режущий уши свист.

Летят брызги раздробленных каменных плит, рядом с огненным вихрем впиваются в землю копья зелёных кристаллов. Они огромны – выше крыш Валгаллы; внутри угадываются смутные очертания распахнутых клыкастых челюстей – больше ничего.

Один кристалл, два, три… пять… семь… девять…

Огненный вихрь не может им помешать, он по-прежнему занят схваткой со Старым Хрофтом.

Заплясали зелёные молнии, перекинулись с вершины на вершину, кристаллы басовито загудели, и голова у Райны едва не взорвалась изнутри от давящей, тупой, непереносимой боли.

Сеть из густо переплетённых молний рухнула вниз, на огненный вихрь, но Сигрлинн словно только и ждала этого.

Миг – и вместо пламенного смерча вновь возникла сказочно прекрасная женщина: струятся по ветру волосы чистого снежного огня, но лицо искажено яростью, зубы оскалены, глаза горят.

Она резко взмахнула рукой, помогая себе жестом, экономя доли мгновения – и словно швырнула что-то незримое в отполированную грань ближайшего кристалла.

Райна не видела, что это было. Наверное, что-то вроде клубка сжатой до предела силы, как огнешар, но несравнимо мощнее. Толчок швырнул валькирию к стене, а сам кристалл взорвался изнутри, осыпая всё вокруг ливнем зелёных осколков.

Белый росчерк платья метнулся в прореху, но зелёная сеть не мешкала. Она рухнула на Сигрлинн и, хотя та невидимым клинком рассекла и обратила в ничто несколько молниевидных связок, остальные впились в неё, опутывая, подсекая ноги и прижимая к искалеченному камню.

Сигрлинн крикнула, и это был крик схваченной за крылья птицы. Она забилась, катаясь по земле, молнии лопались одна за другой, а на белом шёлке одеяний чародейки одна за другой возникали уродливые чёрные опалины.

Кинулся к ней Старый Хрофт, но перед ним внезапно выросла сотканная из молний стена, так что ему пришлось попятиться.

Но с одной стороны эта сеть была явно слабее – там, где Сигрлинн удалось разнести один из кристаллов. И волшебница пыталась вырваться, она рубила зелёные, плюющиеся искрами стяжки с невероятной, глазу не заметной быстротой.