– Проголодался, чай, – сказала бабушка Маргарита, расстилая салфетку поверх скатерти.

Она принесла блины, сметану в миске, масло в кружке и мед в блюдце. Спустилась в подпол, вернулась, держа в руке крынку. Быстро сняла вершок на сметану, налила молока в стакан.

– Запивай.

Внучок Боря уплетал блины так, что за ушами трещало. Бабушка Маргарита села против него, включила тихонько радио, из комода вынула фотоальбом, положила его на стол, развернула, подвинула к внуку. Взялась рассказывать:

– Это твой дед. Он конюх был, а я в колхозе на птицефабрике работала. Пять детей у нас было: Гена, Юра, Марина, Вася и Таня. Марина маленькой умерла – жизнь тогда была такая. А Васю в двадцать лет бык забодал.

Она тихо заплакала. Внук перестал есть, посмотрел на нее с интересом – как на жука или на ласточек.

Она вытерла слезы, покашляла, стала дальше листать альбом:

– Вот мы в Москве на выставке. А это корова наша, Зорька. Видишь, дою я ее. Дед тогда фотоаппарат в спортлото выиграл, вот, баловался, снимал все. В рундуке до сих пор его красный фонарь лежит. А остальное внуки давно разобрали. Ты-то что хочешь на память взять? Какой сувенир? Решил уже?

– Нет, – Боря покачал головой.

– Ну да ладно, потом надумаешь. – Она махнула рукой и встала, чтобы собрать посуду.

– А что мне делать можно? – спросил внук, тоже поднявшись.

Она пожала плечами:

– Погуляй пока. Потом поможешь. Делов на сегодня немного: яйца у кур соберем, малину на варенье пощиплем. А завтра за водой сходишь, баньку затопим.

– А потом? – спросил он.

– А потом видно будет, – ответила она и улыбнулась.

* * *

Утром Борю разбудили петухи. Он долго лежал на пуховой перине, вслушивался в непривычную тишину, пытался угадать, что за звуки раздаются на улице. Потом поднялся.

Пол был холодный, и ему пришлось обуть войлочные галоши – бабушка назвала их смешным словом «чуни». В комнате – горнице – было светло. За окном от ветра шевелился куст – сирень. По ней, звонко цвыркая, скакала стайка мелких птичек – их название Боря еще не знал.

– Проснулся ли, паря? – Бабушка заглянула в комнатку, где из всей мебели были кровать, два сундука, лавка и стол. – Пошли в избу, завтракать пора.

Боря еще вчера понял, что кормят здесь, как на убой, – это странное выражение он прочитал в путеводителе. Завтрак только усугубил это впечатление. На столе стояли чугунок с картошкой, миска с солеными грибами, тарелка огурцов, сало, кружка молока и ломоть хлеба.