Чуть-чуть иначе его восприняли участники и организаторы показательного представления, вдруг без гражданских метафор и метонимий превратившегося в настоящий театр военных действий.

Первое, что возмутило полковника Мерсера, то, как много боевого активированного оружия осталось на борту амфидредноута, начавшего всерьез отбиваться от наседавших на него крипперов. Потом немного досталось по орехам и по тылам бронетранспортных краулеров и крипперов, где находились зрители и организаторы наспех импровизированного шоу.

— Капитан Джэпло, сэр! Немедленно отключите у этой железяки не меньше половины вооружения!

— Не могу, сэр! Мастер-коды у майора Этволда. Пытаюсь с ним выйти на связь, но он не отвечает.

Несколько раз мысленно и очень нехорошими словами обругав этого возмутительного идиота Этволда, полковник Мерс своей властью замкомандира бригады объявил по гарнизону состояние всеобщей красной тревоги. Это был единственный способ быстро обнаружить полоумного майора живым или мертвым.

«Лучше живым. Пристрелить его, полудурка, можно и поcлe, когда амфидредноут перестанет валять по окрестностям тактическими ядерными зарядами».

— Подполковник Тревич, сэр! Приказываю вашему дивизиону приступить к подавлению крупноразмерной цели Љ 1 максимально доступными средствами.

«Огонь, идиоты! Черти вас в минимаксе!»

В тот момент выдержка несколько изменила Анри Мерсеру. Видимо, дала о себе знать знаменитая галльская горячность. Или же ему очень не хотелось поиметь несчастный случай среди влиятельных гражданских лиц.

— Маневрируйте, полудурки! Краулерам тыловой поддержки выйти из зоны огня! Выполнять!

Всех направо-налево оттрахаю по придаткам. Клизму вам на десять литров! В каждую сраку!..

Последняя фраза, грохнувшая по боевой сети, произвела фурор среди пилотов, сию же секунду бросившихся исполнять команды злого полковника Мерса. Канонирам и компьютерам управления огнем она неимоверно добавила прыти, а также быстродействия.

Непонятно, значит, страшнее не бывает. Круши монстрятину в разные дыры!

Страшное медицинское ругательство дока Мерса оставило неизгладимый след в устной истории бригады «Стилет». Позднее, когда выяснили, в чем весь ужас анахронической десятилитровой клизмы, она вошла в бригадный фольклор. А полковник Мерс стал непререкаемым авторитетом для многих поколений записных сквернословов из сержантов. С этической силой!

В тот день полковник Мерс сквернословил совсем не попусту. Майор Этволд излишне умно поработал с компьютерными потрохами «Леви-4». Амфидредноут, попавший под огонь двух дивизионов, умудрился вызвать себе подмогу с морского дна.