– Если нас ждут в Пустоте, без пилота МКМ далеко не улетит. – Понимающе кивнул Фил, вновь подхватывая меня под руку. – Идём.

Перенапряжение. Держать щит, управлять штурмботом и противостоять другому псиоператору… нагрузка оказалась слишком велика. Так что, сейчас морф-система занята латанием многочисленных микроразрывов сосудов моего мозга, а впрыснутые ею препараты хоть и призваны привести в порядок мой организм, негативно влияют на его текущее состояние. В другой ситуации я бы, не раздумывая, улёгся в регкапсулу, но… Харгов псиоператор!

Кое-как устроившись в рабочем кресле-коконе, я благодарно кивнул пилотам.

– Алекс, система уже настроена, платформы расконсервированы и выведены из грузового терминала… если это можно назвать платформами.

– А в чём проблема? – Не понял Роун, внимательно следивший за показаниями, выводимыми на дугу экрана в передней части рубки.

– Возьмёшься за управление, сам поймёшь. – Через силу усмехнулся я. – В общем, занимайте места в «Умбах», связь с платформами мы с Горином установили. Так что, за работу, дары офицеры.

– Уже? – Удивился Фил.

– В первую же ночь на станции. – Подтвердил я.

– Ты знал, что нас ждёт? – Резко, всем корпусом развернувшись в мою сторону, задал вопрос Фил. Я покачал головой.

– Морина, ты меня достал со своими подозрениями. – Вздохнул я.

– Действительно, Фил. – Поддержал меня Алекс. – Ты же помнишь, что именно мы должны забрать, и как было обставлено всё дело. Это же не обычная поставка, а считай, самая настоящая контрабанда. Да ещё и военная, а это уже гарантированный трибунал. Логично, что Ким решил перестраховаться. Хотя, как можно было расконсервировать корабли дистанционно, я лично плохо себе представляю…

– Ну, если так… – Протянул ведомый Роуна. И Алекс хлопнул его по плечу.

– Именно так. А теперь идём. Нужно взять под контроль платформы, выставить их в караван и тянуть на базу. – Оба пилота вывалились из рубки, и я облегчённо растёкся по креслу. Головная боль, терзавшая меня от соседства с двумя весьма взбудораженными «генераторами эмоций», потихоньку начала убывать. Переждав несколько минут, я тяжело вздохнул и ушёл в слияние.

Боль и усталость отдалились, почти исчезли, заслонённые ощущением огромного «тела» Горина, МОЕГО тела. Мерная пульсация генераторов, ток энергии по шинам, мощь, скрытая в сердце двигателя, ярким солнцем горящая внутри меня… и Пустота вокруг.

«Прислушавшись» к пространству, я уловил гравитационные возмущения газового гиганта и вплетающуюся в них вибрацию полей станции, находящейся на его орбите. Гул её каналов связи. Заполошные сигналы сбоящих систем и уверенный широкий ток миллиардов бит информации проходящих через межсистемный передатчик Верхнего Информатория.