— Как это? — удивился Лёлик. — Не понимаю.

— Он говорит, что если мы попытаемся вернуть тебя домой, то тем самым можем повредить ткань времени, — объяснил словоохоливый Бородавочник.

— Но я же…

— Повезло, — жестко сказал я. — А иначе ты должен был просто исчезнуть без следа. Нам, если мы решим тебе помочь, может так не подфартить. Очень на это велики шансы. И не будем мы рисковать подобным образом, нет у нас такого желания.

— А что есть? — спросил найденыш.

— Поохотиться, — брякнул неандерталец и похлопал ладонью по аркебузе, — а живем мы…

Договорить ему не удалось. Неподалеку послышались тяжелый топот и хруст, а потом прямо перед нами из зарослей папоротника выломился молодой анкилозавр. Лёлик тихо охнул и мешком свалился в траву. Бородавочник хмыкнул, потом плотоядно облизнулся и сказал:

— По-моему, подходящий экземпляр, а, Крэг? С ним все в порядке?

— Ты кого имеешь в виду? — уточнил я.

— Анкилостика, конечно! Гляди, всего-то кило на триста будет. Так как, берем?

Пришлось окинуть рептилию оценивающим взглядом. А та очевидно решила, что мы не представляем для нее опасности и мгновенно успокоившись, принялась как ни в чем ни бывало обгладывать ближайший куст араукарии.

Я слегка прищурился, увидел характерное зеленоватое свечение вокруг туши динозавра и вынес вердикт:

— Неприятных последствий не будет.

— Мне тоже так показалось. Сейчас я его…

— Погоди, ты помнишь, что холодильник у нас накрылся еще неделю назад, а новый мы пока не подобрали? — напомнил я чревоугоднику.

— Не боись, Крэг, я его пущу на солонину!

Бородавочник нацелил ствол аркебузы на ящера, а я зажал уши.

Грохнуло так, словно выстрелили из полевого орудия. Костяная броня анкилозавра не выдержала удара сорокаграммовой свинцовой пули, выпущенной с каких-нибудь двадцати шагов. Несчастному животному почти оторвало плоскую треугольную голову, так что оно даже не мучилось. Бородавочник издал торжествующий рык, здорово смахивающий на рев тираннозавра, и выхватил из рюкзака топор.

— А что с ним-то делать будем? — кивнул я на лежавшего в траве Лёлика.

— Да плюнь ты на него, Крэг! Пусть сам выкручивается, — отмахнулся мой приятель.