Доктор в зеленом халате решительно оттер старика от Лены.

— Не слушайте его, Елена Николаевна, — твердо заявил доктор, взглянув на бейджик девушки. Бейдж-пропуск ей выдали в представительстве, объяснив, что самой искать нужные кабинеты не придется — ее сразу отведут, куда нужно, стоит только попасться на глаза кому-то из медицинского персонала.

— Почему же? — протянула девушка. — Очень интересно.

— Степан Викторович, как всегда, фантазирует. Передает медицинские легенды, популярные среди наших пациентов и, как правило, весьма далекие от истины. Но рассказчик он хороший, этого не отнять.

Старик довольно осклабился.

— Вас уже полчаса, как на электропроцедурах ждут, Степан Викторович, — сверившись с карманным коммуникатором, объявил эскулап. — А вы тут за девушками ухаживаете. Нехорошо! Поторопитесь в оранжевое крыло! Елена Николаевна, вас попрошу пройти со мной.

Доктор стремительной походкой двинулся по холлу. Лена едва поспевала за ним.

Два поворота, массивная дубовая дверь, и они очутились в просторном кабинете. Рыжая медсестра, а, может быть, женщина-техник, суетилась возле большого аппарата. Она была довольно полной, что Лену удивило. Уж о своем весе у нее была возможность позаботиться. Или все воспоминания так дороги?

— Система готова, Павел Андреевич, — доложила рыжая медсестра. — Когда приступаем?

— Да прямо сейчас. Делайте тестовый анализ, а я пока проведу беседу с пациенткой.

Лена нервно поежилась. Аппарат выглядел страшновато: два больших металлических блока, мигающих разноцветными светодиодами, массивный обруч на гибком кронштейне над мягким кожаным креслом. Что девушке в кресле не понравилось — так это фиксаторы для рук и для ног.

Доктор присел за стол, застучал по сенсорам ноутбука. Не поднимая взгляд от экрана, обратился к Лене:

— Хочу еще раз объяснить — если вы являетесь носителем государственных секретов, вам не рекомендуется проходить процедуру. Хотя, использовать воспоминания в утилитарных целях практически невозможно, мы соблюдаем ограничения, принятые в законодательном порядке.

— Я не знаю никаких государственных секретов.

— Мы проведем предварительное зондирование — в тестовом режиме. Во время него вы будете отвечать на вопросы. Это делается для того, чтобы локализовать области воспоминаний. Затем ваше сознание будет отключено, и мы перепишем воспоминания в квантовом режиме. Если понравится — всегда рады вас видеть.

— А вы не сотрете что-нибудь важное?

— «Психиатрическая ассоциация» — солидная компания, дорожащая своей репутацией. Скандалы нам не нужны, — Павел Андреевич улыбнулся, но улыбка вышла дежурной. — Впрочем, если вы опасаетесь, можете отказаться. От пятнадцати тысяч клиентов, что были здесь до вас, нареканий не поступало.