— Это очень непростое решение… — лукаво прищурился шейх.
— А в ознаменование нашей сделки, — поспешно произнес первый, жестом фокусника извлекая дорогой футляр и демонстрируя сверкающий множеством граней драгоценный камень размером с кулак взрослого мужчины, — позвольте преподнести вам лично этот редчайший голубой бриллиант. Ручаюсь, второго такого на Земле нет.
Собственно, первого такого на Земле тоже не было — на всей планете попросту не существовало давлений и температур, способных породить такой камень. Шейх, правда, не разбирался в физике, но в ювелирном деле кое-что смыслил. Он осторожно взял ощутимо тяжелую драгоценность и залюбовался ею на просвет, ощущая пальцами благородную прохладу, которую никогда не сохранить стеклянной подделке.
— Что ж, — сказал он наконец, бережно укладывая бриллиант на бархатную подушечку, — для истинных мусульман нет большего счастья, чем отдать свою кровь ради дела Всевышнего. Вы получите то, что хотите.
— Постоянно и бесперебойно, — напомнил второй гость.
— Разумеется, уважаемый.
Двое агентов Корпорации стояли возле обзорного экрана, на котором постепенно уменьшалась Земля. Синева ее диска не была совершенной: тут и там ее пятнали кляксы облаков, а над крупными городами можно было различить пятна смога.
— Все же симпатичная планетка, — заметил левый, — хотя я рад, что мы с нее, наконец, убрались. Эта почти трехкратная сила тяжести, что ни говори, задалбывает.
— Надо было сразу обратиться к этим, а не к тем, — ответил правый, — не потеряли бы время.
— Кто ж знал, что своих здесь сдают охотнее, чем чужих, а с фанатиками договориться легче, чем с прагматиками… Но уж зато премиальные теперь получим по максимуму!
— Да, мы ведь даже добились поставок силами самих аборигенов.
— И все-таки — до чего варварская раса… — вздохнул левый.
— Но на ее вкусовые качества это не влияет, — подытожил правый.
2007
Виктор Точинов НОСТАЛЬГИЯ
Виктор Точинов
НОСТАЛЬГИЯ