Озвучить эти мысли Сергей не успел.

— Георгий… — сказал ханыга. — А вторую его жену, твою бабушку — Настасьей.

Два выстрела, и оба в десятку. Случайно угадать такое нельзя.

— А его брат, мой отец — Максим.

Последняя фраза оказалась излишней, имен своих двоюродных дедов Сергей не знал.

— Проходите, — обреченно махнул он рукой в сторону кухни.

М-да… Похоже, действительно родственник. А родственников, как известно, не выбирают… Не повезло, достался вот такой: изможденный одноглазый оборванец (Сергей уже сообразил, что небесно-голубой глаз — протез, стекляшка).

И что в этой ситуации можно и нужно делать, совершенно непонятно.

Глава третья. Мой мозг — моя крепость

Глава третья. Мой мозг — моя крепость

1.

— Память слабеет… На куски разваливается… — пожаловался вновь обретенный родственник, усаживаясь на табурет, с которого Сергей убрал готовую к работе дрель. — Скоро и свое-то имя не вспомню…

— Вам нужна помощь? Деньги? — напрямую спросил якобы племянник у якобы двоюродного дядюшки.

Сомнения оставались, и немалые. В конце концов, каналы распространения информации в нашем мире порой весьма причудливы. И сведения об истории семьи Белецких могли оказаться у солнечноборского ханыги самым замысловатым путем.

Одно сомнений не вызывало: наличность родственничку явно не помешает. И Сергей решил сразу расставить точки над i. Определить некий модус операнди.

— Не нужны мне деньги… Здоровье не купишь… Да и недолго уж осталось…

Хм-м-м… Ну и что же тогда желает дядюшка? Поселиться под кровом племянника и развлекать того по вечерам, пересказывая эпизоды семейной хроники?

— И что же вы хотите… э-э-э… Федор Максимович?