Сомнения.

Она хорошо понимала воина. Перед ним самая настоящая тзамас, повелительница мертвых из древних мифов, и, если бы не Мильвио, ее бы стоило опасаться. А сейчас… сейчас он чувствовал себя неуютно, а потому то и дело трогал большим пальцем дубовую заостренную палку, торчащую у него из-за пояса. Это было бы забавно, если бы Шерон не знала о том, что с ним случилось и сколь смело себя вел Дэйт при встрече с шауттами.

Этот суровый человек заслуживал ее уважения.

Указывающая улыбнулась ему, словно желая сказать: мы все здесь друзья, хоть и выглядим странным сборищем.

Он не улыбнулся в ответ, но чуть склонил голову и убрал руку с колышка.

Мильвио вернул нож Лавиани:

– Ничего не могу сказать.

– Ты издеваешься, рыба полосатая?! Ты, великий, мать его, волшебник!

Шерон заметила, как брови Вира поползли вверх, он быстро изучил лица присутствующих, ожидая увидеть или удивление от подобного заявления, или смешки из-за странной, сказанной невпопад шутки, но все остались серьезны. К его чести, он и теперь не стал ничего спрашивать. Лишь подался вперед, чтобы ничего не пропустить.

– В эпохах теряется истина, сиора. А «великие» не означает «всезнающие». О том, что у Шестерых были артефакты, – известно. Но не больше. Мы знали лишь о некоторых. Например, браслет Мерк. Он подчинялся некромантам, но даже они отказались от того, чтобы использовать его. Сила, что спит в нем, сводила тзамас с ума и убивала.

– Но не Шерон, – произнесла Бланка.

– Но не ее. – В голосе Мильвио слышалось облегчение.

Указывающая помнила, о чем они говорили ночью, когда он осторожно, подушечками пальцев, гладил ее левое, деформированное запястье.

– Здесь нет твоей вины. – Она пыталась его успокоить.

– Разве? Я привел тебя в Эльват, оставил рядом с этим предметом. Значит, ответственность на мне.

– Ты просил меня не подходить к Небесному дворцу. Не брать ничего из него. Ты привел меня туда, чтобы я слушала смерть Поля Мертвых. Смогла привыкнуть к голосам тех, кто уже ушел, перестала бояться и поняла свой дар. Я должна была дождаться тебя прежде, чем касаться его. Но я нарушила твой наказ, и вот теперь…

– Теперь все сложилось куда лучше, чем я рассчитывал. Он не убил тебя. Дал силу.

– И я до сих пор боюсь себя. Того, что он может сделать.

– Не может, – не согласился Мильвио. – Иначе бы давно уже сделал. Браслет тысячи лет был одинок, возможно, именно тебя он и ждал.

– Я не Мерк.