Так что Герман Минаков не попал на тот же «борт», что Лиза. Зато он оказался на одном и том же «V22», что и пленные. Точнее, бывшие пленные, те самые американские десантники, которых теперь освободил дружественный род войск — президентская рать — морская пехота. Ну что ж, это еще раз доказывало противоречивость жизни. То, что для одних горе, для других является радостью. «Оспрей», несмотря на внешнюю сложность, представляет внутри себя один громадный отсек. Сидя достаточно близко, Герман внимательно слушал, о чем беседовали янки. Насколько удавалось сосредоточиться в окружающей неустроенности, то есть в шуме крыльевых винтов, и в шевелении десятков пристегнутых к переборке русских.

— Вонища — не могу! — кричал один из освобожденных американцев другому.

— Уж потерпи! — успокаивал его восседающий рядом и облаченный в броню «освободитель». В самолетном шуме ему не требовалось напрягать голосовые связки — подшлемный микрофон давал усиление голоса до любой октавы.

— Вам легче! — кричал бывший пленный. — У вас под касками фильтры! Но тут просто невозможно! Хуже, чем в сортире в Гватемале. Посмотри, я полностью обделался! И они все тоже! — Он обвел помещение рукой. — Могли бы хоть водой из шланга нас обдать! Я бы не обиделся!

— Где здесь взять воды?! С собой же не захватили! Начальство почему-то не предусмотрело! — делал попытку пожать гигантскими плечами ряженный в броню. (Кстати, под ней было не только тихо и «невонюче», но еще и прохладно — «пыхтел» вовсю маленький, встроенный кондиционер.)

— А что это было?!

— Мы точно не знаем! — снижал мощность динамиков «морпех». — Какая-та новая «несмертельная» штучка! Она только в стадии испытаний! Что-то там связано с низкими частотами! Похоже, с инфразвуком! Вызывает страх и панику в рядах врагов!

— Я тоже натерпелся! Думал, чокнусь! — жаловался воздушный десантник. — А как же она на вас не подействовала?!

— Так ведь эту штуковину доставили раньше, с помощью ракеты! Говорят, она вываливается над нужным местом и висит на надувном шаре! Оттуда, сверху, и давит!

— «Давит»?!

— Ну да, давит волю противника к сопротивлению!

— А!

— А ты и есть Арриго?!

— Он самый!

— Значит, это не мы, а ты всех спас, лейтенант!

— Да?!

— Если б ты не вышел на связь, то…

— Так сигнал дошел все-таки?!

— Ну, значит, дошел! Так что тебя наверняка наградят, лейтенант Давид Арриго!

— Ну вот, тем более как я сейчас обосранный ступлю на палубу?!