– Нет.

– Ее могут звать Юмико или даже Эйко.

– Не слышала о такой. Странные прозвища, похожи на японские имена, а у нас редко используют восточные слова.

– Ты знаешь всех старших воспитанниц?

– По именам – всех. Ни Юми, ни Юмико или Эйко среди них нет.

– А если имя поменяли? Такое бывает?

– Да, бывает. Мне его меняли несколько раз, это решает целая комиссия, у них там длинный список, выбирают из него.

– Я точно знаю, что Юми все еще в Цветнике, она передала мне весточку через Лазаря.

– Пусть полковник Лазарь опишет мне, как она выглядит, может и узнаю. Или нет, он ведь ее видел и должен сам знать, как ее теперь зовут, ему ведь показывали всех орхидей. Или она из фиалок?

– Нет, она орхидея. Лазарь ничего не знает, она провернула это так, что он ее не видел. Просто записка для меня.

– Опишите Юми сами.

– Я не видел ее очень давно, в те времена она была всего лишь маленькой девочкой, не представляю, что из нее выросло, да и память подводит, не припомню детали. Я даже понятия не имел, что ее определили в Цветник. В той записке Юмико просила меня о тебе позаботиться, значит, вы знакомы.

– Посмотрите каталог, в нем есть фотографии всех воспитанниц. Неужели не сможете ее узнать?

– Ее там нет.

– Нет, или не можете узнать?

– Юмико нет в вашем каталоге.

– Но как такое может быть?

– Насколько я понял, орхидей с официально утвержденными избранниками оттуда убирают.

– Но такие надолго в Цветнике не задерживаются. Может ее давно забрали, и она передала записку через воспитательниц?

– Не думаю. Я знаю кто ее избранник, у него не было возможности ее забрать, она все еще у вас.