— В двух словах, — усмехнулся он. — О наших делах мне вам дольше рассказывать, чем вам писать ответы. По вашим темам работают двенадцать тысяч ученых и инженеров. Работало бы и больше, но их пока негде взять. Мы ведь берем в проект не всех подряд и на таких условиях, что не все соглашаются. Сейчас задействованы тридцать два завода и будут строить еще полсотни. Кое‑что для нас делают университеты и государственные лаборатории. Придется увеличивать добычу угля и выпуск стали, нужен алюминий, и не хватает электроэнергии. Работают много людей, но реальные результаты по большинству тем будут только через несколько лет. Но зато потом все должно сильно ускориться.

— Но есть хоть какой‑то выход? — спросил я. — Радиолокационные станции для флота уже должны делать.

— Делают, — подтвердил он. — К лету они должны стоять на всех кораблях Черноморского флота. На очереди Балтийский и Тихоокеанский, но туда их нужно меньше, так что быстро управимся. Подобные же станции делают для дальнего обнаружения самолетов. В хорошую погоду самолет засекают за сто километров. В первую очередь сделаем два десятка для союзников, а потом будем делать для себя. Ваших транзисторов разработали уже два десятка, но станции пока делаем на лампах. На выходе ручные противотанковые гранатометы и системы залпового огня. Ракеты с твердым топливом получились настолько хорошо, что их будут ставить на корабли и самолеты. При стрельбе на дистанцию до десяти километров получили довольно высокую точность. При больших дистанциях стрелять можно только по площадям. С зенитными ракетами все еще в самом начале. Слишком много вопросов и почти нет опыта, но люди работают с энтузиазмом. Ну и по другим темам примерно то же самое. Решат один вопрос — возникают два других. Да, в войска начали поступать ваши автоматы. Их наделали много, и задержка была из‑за патронов. Их хватало только на тестовые стрельбы, но два месяца назад наладили производство, а за три года думаем перевооружить автоматами всю армию. Назвали АК, но без расшифровки.

Он ушел, а я быстро досмотрел отчет, не нашел в нем ничего такого, чтобы писать замечания, и отнес секретарю. Когда вернулся, чиновник уже работал на том месте, откуда его согнали. Я до обеда писал ответы в тетрадку, а потом пошел за женой. Ольга уже жила с мужем, а родители чаще всего ходили обедать отдельно от нас. Когда мы вернулись с обеда и подошли к входным дверям, за ними непрерывно звонил телефон.

— Князь, убит канцлер! — услышал я в трубке взволнованный голос секретаря. — Идите в свою комнату и там сидите. Его величество сказал, что может вас вызвать в любую минуту.