Очнулся он от дергающей боли в голове. Попробовал двинуться и осознал, что обнажен, лежит на чем-то твердом, а руки крепко связаны за спиной. Над головой виднелось черное ночное небо, усеянное звездами.
– Ты очнулся? Это хорошо, – прозвучал знакомый голос, и из тьмы выступил человеческий силуэт.
– Отец Хуан? – встрепенулся Уайтхед. – Что это…
Он осекся. Священник был в длинном черном одеянии, а из разодранных мочек на плечи капала кровь.
– Не стоило вам сюда лезть, сеньор кимичтин [4], – Усмешка отца Хуана напомнила Джону оскал Христа в церкви.
– Это вы убили Йена Мак-Келлена, – сказал он.
– Увы мне, не удержался, – отец Хуан вздохнул. – Сейчас не времена Монтесумы, но как тламасак [5], я должен обеспечивать приношения богам. Людей, готовых добровольно отправиться в Тлалокан, не так много, поэтому не воспользоваться появлением одинокого чужака было бы глупо… Я думал, его никто не хватится, но ошибся. Ну что же, боги получат еще одну жертву…
– Вы что, серьезно верите в них? – Уайтхед глянул на то, что держит в руке его собеседник, и вздрогнул. Звездный свет поблескивал на острейшем обсидиановом лезвии. – В этих кровожадных чудовищ?
– А вы серьезно верите в Распятого? – отец Хуан презрительно усмехнулся. – Верите в того, кто принес себя в жертву? Куда логичнее верить в ТЕХ, кому он СЕБЯ принес…
– Но это же бред! Вы же цивилизованный человек!
– О да, это так, – священник кивнул, – и мои предки были цивилизованными задолго до того дня, когда Кортес ступил на берега Анагуака. Вот только вы, его потомки, никак не поймете, что может быть другая цивилизация, не такая, как ваша! Не мир «Макдоналдсов» и бега за наживой, а нечто иное, основанное на служении богам!
Он махнул рукой. Из мрака выступили несколько человек. Джон ощутил, что его распутывают. Он дернулся, но его держали крепко, конечности прижали к камню так, что грудь выпятилась.
– У вас же тоже есть «Макдоналдсы», церкви и все остальное…
– О да! – Отец Хуан плавным движением поднял нож. – Но это всего лишь фасад, которым мы прикрываемся, чтобы выжить.
Джон закричал, но от боли в груди подавился собственным воплем. Последним, что увидел через туман в глазах, оказалась торжественно вскинутая рука, в которой трепетало нечто округлое…
30 июня 1521 года Эрнан Кортес, предводитель осадивших Теночтитлан конкистадоров, имел все шансы попасть в плен и погибнуть на жертвенном камне.