Второе морское млекопитающее куда менее упитанно, и на его округлом боку можно различить рекламную надпись «трансформация сознания с помощью языка».

Породил его на свет Роберт Хайнлайн, написавший повесть «Бездна».

Сам текст на фоне «Звездного десанта», «Чужака в чужой стране» или «Луна – суровая хозяйка» выглядит примитивным, обыкновенным, не особенно искусно выстроенным боевиком, и не зря он, в отличие от вышеназванных произведений, почти забыт.

Но есть одно «но»…

В «Бездне» Хайнлайн описывает язык, названный им «спидтолк» (speedtalk), в вольном переводе «быстроречь», которым пользуется некая тайная секта товарищей, пытающаяся управлять человечеством, развивать его в нужном им направлении.

Язык этот идеально логичен, полностью соответствует нашему мышлению, и на нем человек думает в семь раз быстрее, чем на английском.

В основу спидтолка положены сто фонем из разных человеческих языков, каждая (с которой это возможно сделать, как я понимаю) подвергнута вариациям по длине, ударению, тону, и в зависимости от сочетания этих параметров от нее производится несколько разных фонем.

Затем был взят словарь из восьмисот пятидесяти наиболее распространенных слов – он был составлен в 1925 году для проектного языка Бейсик-инглиш – и каждому слову в соответствие поставлена одна фонема.

Таким образом для выражения каждого из базовых понятий нужен всего один звук.

Фраза в таком случае получается не длиннее слова, отчего растет скорость мышления и речи.

Дополнительные словари с более сложными терминами создаются по особым правилам, по каким именно, Хайнлайн не сообщает. Зато пишет о том, что благодаря логичности этот язык меняет мышление говорящего так, что на нем нельзя говорить чушь, ошибаться, впадать в заблуждение, в нем не существует вербальных парадоксов, как нет их в реальной Вселенной.

Этот кит не столь громаден, но зато на его спине можно обнаружить куда более интересных пассажиров, чем на первом, поскольку лингвистика здесь является не столько украшением, сколько источником оригинальных идей.

Здесь у нас знаменитейший «Вавилон-17» Сэмюэля Дилэни, классика лингвистической фантастики. В этом романе тоже описан компактный, аналитически точный язык, организованный по принципу матрицы, где каждое «слово» может означать разные понятия в зависимости от контекста. В этом языке нет понятия «я», он ускоряет мышление пользователя, но при этом вынуждает его думать и действовать строго определенным образом, перепрограммирует на некие действия, в процессе их выполнения отключает рефлексию и самоконтроль.