– Жена умерла, – неохотно сказал Антон. – В ноябре. Она старше меня была на шесть лет.

– И вы решили заглушить воспоминания?

– Нет! – искренне возмутился Антон. – Что угодно, только не заглушить!

Жесткий взгляд Марии смягчился. Она подошла к одному из тополей, провела рукой по коре, иссохшей на морозе.

– «К стеклу прильнув лицом, как скорбный страж, ищу тебя за гранью ожиданья, за гранью самого себя. Я так тебя люблю, что я уже не знаю – кого из нас двоих здесь нет», – продекламировала вдруг она. И в ответ на изумленный взгляд Антона добавила: – Не смотрите на меня так. Это не я придумала, это Элюар.

Сделав порывистый шаг к Антону, она вдруг чмокнула его в щеку, развернулась и быстро пошла прочь.

Этой ночью Антон почти не спал. Он думал, решал, решался. А утром он снова пришел к Гамлету.

– Я хочу их обеих пригласить на встречу. Одновременно. Не против?

Гамлет долго молчал. Заварил чай, задумчиво мешал сахар, блуждал глазами, избегая встречаться взглядом с Антоном.

– Так ты считаешь, они действительно знают друг друга?

– Нет. Выглядит это именно так. Но я не верю. И я не понимаю, что происходит.

Гамлет снова замолчал. Пил чай, сопел в кружку.

– Ты ведь не влюблен, да? – спросил он спокойно. – Ты хочешь докопаться.

Антон кивнул.

– Я не то чтобы против, да? – сказал Гамлет. – Просто… Боюсь я. За тебя. За себя. Дело не в работе, да? Я про работу не беспокоюсь. Мол, вдруг уволятся, да? Это не страшно. Водителей найдем. Просто… Я однажды так и сделал. Пригласил их.

Он отодвинул чашку, оперся локтями о стол и начал рассказывать.

– Это было месяцев пять назад. Я их пригласил в клуб. Тут недалеко, рядом с прудом, знаешь, наверное. Обеих, да? Но пришла одна. Вела себя странно, загадочно, как будто мы вместе не работаем. Ни слова не говорила, да? Не пила, не ела ничего тоже. Улыбалась только. Потом потянула танцевать. Она хорошо танцевала, никогда такого не видел, засмотреться можно было. А потом, когда музыка закончилась, она молча по моему лицу провела так рукой и ушла. И все.

– И что в этом такого? – спросил Антон. – Ну, необычно немного.

– Немного необычно, да? Немного необычно не это. Немного необычно то, что на следующий день они обе подошли ко мне, извинялись, что не смогли прийти. Сначала одна, потом другая. Обе, да? А еще у той, что приходила на свидание, глаза были ярко-зеленые. Не желтые, не синие, а зеленые. Вот так.