Гамлет попытался отпить чай из чашки, обнаружил, что она пустая, и отсутствующе отставил в сторону.
– С тех пор, – сказал он, – я к ним не лезу. Я не понимаю, кто это. Я их боюсь. – И, прочитав лицо Антона, добавил: – Ты о чем-то таком догадывался, да? Я не против. Мое дело – предупредить. Правда побаиваюсь. Но неизвестности бояться – гнилое дело, да?
– Ничего не случится, – сказал Антон.
– Почему так уверен?
– События, у которых нет наблюдателя, не происходят.
Он встал, застегнул куртку, накинул капюшон. И перед выходом добавил еще одну непонятную фразу:
– Некому следить за мной.
Над Зеркалом Вампиров шел снег. Антон выбрал именно это место, он так и сказал «у зеркала», не уточняя ни принципа его, ни названия. Ни одна из Марий не была здесь раньше.
Теперь же они обе направлялись с противоположных сторон к Зеркалу. Одинаковой походкой, в одинаковых серых пальто, с одинаковыми слегка выбившимися из отворотов голубыми шелковыми шарфами.
Они остановились напротив друг друга. На их лицах заинтересованность сменялась сначала удивлением, а затем легким разочарованием. Они не понимали, что интересного в этом зеркале, не зная, что они – единственные, кого оно отражает. Не замечая за густым снегом небольшого различия в цвете глаз.
Марии подняли руки – правую и левую – и прикоснулись к поверхности Зеркала Вампиров. В точности в одном и том же месте. Затем покрутили головой, разыскивая Антона. Одновременно достали мобильные телефоны и набрали один и тот же номер.
Телефон Антона беззвучно зажужжал. Тот достал его и посмотрел на экран.
В этот момент он понял, чего так боялся Гамлет.
Телефон не определялся. Даже номер, не говоря уже об абоненте. Два параллельных вызова породили третью гармонику: несуществующий, невозможный сигнал из ниоткуда, из тех глубочайших провалов, куда еще очень не скоро доберется мысль человеческая.
Бездна звонила ему. Зеленоглазая Вселенная хотела поговорить со своей элементарной частицей. Пригласить на танец еще один крошечный кирпичик, составляющий ее часть. Но тот понимал, что не сможет выдержать слово, сказанное ею. Даже одно слово.
Телефон умолк.
Две Марии развернулись и пошли прочь, спустя несколько шагов одновременно бросив на Зеркало последний прощальный взгляд.
Когда они скрылись в глубине парка, Антон долго еще сидел на скамейке. Затем выкарабкался из кустов и подошел к Зеркалу. Снова, как много раз до этого, вгляделся в него.