Сказался переизбыток впечатлений, и трансгуманист сам не заметил, как задремал. Ему приснилась бионическая красотка с плаката в офисе, но теперь она двигалась, пританцовывая, соблазнительно изгибаясь и как бы приглашая Дегтярного присоединиться к ней. И он, конечно, не мог противостоять чарам, потянулся – красотка шагнула навстречу, обвила его шею руками, но вместо ожидаемых лобзаний трансгуманист почувствовал, как ее пальцы смыкаются у него на горле. Дегтярный начал задыхаться, забился и проснулся.

Оказалось, что на дворе уже ночь, а Дегтярного и впрямь душат. В свете яркой и непривычно огромной Луны он увидел, что совсем рядом откуда-то взялось одно из унылых растений с белыми цветками, причем оно, словно какой-нибудь хищник, обвивало ветвистым стеблем его шею. В ужасе Дегтярный начал рвать стебель, тот неожиданно легко поддался, а растение – трансгуманист не поверил своим глазам – отбежало в сторону. Что это?! Продолжение бредового сна? Обдумать ситуацию Дегтярный не успел: растение не собиралось улепетывать в темноту, а осторожно двинулось к нему, перебирая толстыми грязными корнями, как лапами. Напуганный трансгуманист отступил, надеясь оторваться от этого существа, днем прикидывавшегося невинной флорой. Растение последовало за ним. Да что ж такое?! Нервы не выдержали: трансгуманист развернулся, побежал к реке и с ходу влетел на мелководье. Тут его ждал новый сюрприз: река состояла вовсе не из воды, как он думал, а из вязкой жидкости вроде глицерина. Дегтярный дернулся обратно, но шустрое растение поджидало у самой кромки и угрожающе размахивало ветвистыми стеблями.

Над рекой пронесся то ли вздох, то ли стон. Глицерин забурлил, вспучился пузырями, распространяя запах больничных химикалий. Дегтярный решил, что сходит с ума: среди лопающихся пузырей появилась голова, плечи, и наконец в полный рост встала бионическая красотка – именно такая, какой он видел ее на плакате и во сне: шлем с загнутыми назад плоскими антеннами, очки расширенной реальности в половину лица, металлизированный комбинезон, подчеркивающий идеальную фигуру и впечатляющую грудь, экзоскелет, обхватывающий тело. Дегтярный закричал, ужас захлестнул его, сознание померкло.

Дальнейшее развитие событий почти не запомнилось. Кажется, бионическая красотка напала на Дегтярного. Или он на нее напал. Впрочем, принципиальной разницы нет, поскольку в результате она рассыпалась на отдельные части, оставив ему лишь свою изломанную руку-манипулятор. И теперь Дегтярный сидел на противоположном от развалин берегу глицериновой реки, грязный и мокрый от пота, сжимая в кулаке металлическую конечность и тупо глядя на занимающийся рассвет.