* * *

Темнота обволокла наемника. Но почему-то способность мыслить он не потерял. Евлампий предположил, что очнулся, после кратковременного забытья, но это было слишком не похожим на правду. Во первых не было боли. Во вторых Змей вообще не чувствовал тела. Словно кто-то разом выдрал все нервные окончания из него. И в третьих в темноте присутствовал еще кто-то. Опасный могучий и абсолютно бесстрастный.

Не сил, ни возможности встать, сказать или просто действовать не было. Это походило на такой момент, перед пробуждением, когда внутри что-то легонько щкотит, и в голове хаотично проносятся многочисленные сновиденческие образы. Все вокруг обретает особый смысл, восприятие мелочей обостряется, даря ощущение необычности окружающего мира…

— Он нас слышит? — Наемнику послышался не голос, а скорее поток мыслеобразов.

— Вряд ли. Он всего лишь постигающий и таковым останется. — Во тьме шевельнулось еще одна сущность не менее древняя и еще более опасная.

— Значит, мы договорились?

— Мы заключили договор о намерениях. Не стоит путать термины.

— С каким бы удовольствием и изощренностью я бы извел твоего создателя.

— Не ты первый не ты последний. Вместо этого ты беседуешь с осколком его былой мощи.

— Вас ведь было трое? Три артефакта, куда безумный Сайлурс вложил силу поверженного?

— Значит, третий так и не нашелся? — До наемника долетела волна ехидного смеха.

— Неизвестность пугает больше. Как только эта неизвестность, пусть даже враждебная, будет идентифицирована, многие вздохнут с облегчением.

— Действуй. И не ищи встречи со мной без необходимости… — мыслеобразы погасли. Оставив наемника в совершеннейшем недоумении. В такую игру собственного воображения Евлампий не верил. Он был прагматиком до мозга костей. Слишком не похоже услышанное было на сон, пусть даже и пророческий.

В этот момент все вокруг него завертелось, словно начался стремительный подъем с глубин. Калейдоскоп образов, мельтешение сначала серых, а потом и цветных пятен.

— Как самочувствие? — Евлампий скривился как от зубной боли услышав этот грудной завораживающий тембр сволочной демонесы. Потом глаза обрели способность видеть, и даже закаленное сознание отставного диверсанта дало сбой.

Наемник очнулся, оказался в необъятном чертоге, где из узких окошек больше похожих на бойницы падал приглушенный багровый свет. Поэтому в чертоге царил полумрак. Место пробуждение больше всего напоминало женский будуар из-за обилия подушек, разумеется, кроваво-красных цветов и всевозможных размеров.

Центром будуара, являлась кровать. Привычные «сексодромы» здесь просто отдыхали, а дизайнеры нервно покуривали в сторонке, давясь дымом и завистью. От стоек кровати массивных, очевидно отлитых из стали, к ногам и рукам наемника опускались цепи, толщиной в человеческую ногу.