Я пытался пошевелиться, и хотел встать, но не мог. Я не ощущал вообще ничего. Не чувствовал ни лап, ни крыльев, ни туловища. Чувствовалась лишь гаснущая с носителем связь. Я понял, что он умирает. В одном из промчавшихся осколков мне показалась голова носителя, лежавшая рядом с окровавленным туловищем.

Мой взгляд сначала словно оказался в тоннеле, состоявшим из воспоминаний носителя, и я мчался по нему до тех пор, пока не оказался у конца. Концом было то, что видит сейчас Шон, и я полностью погрузился в эту картину, вернувшись в человеческое тело.

– «Ты почему здесь?!» – Воскликнул Шон, явно расстроившись, что потерял над собой контроль

Я огляделся, и узнал это место. Шон подходил к генераторной, и скоро должен был оказаться у хранилища.

– «Носитель мертв, там такая т…» – я хотел сказать тварь, но осёкся, вспомнив, что это Эрегдан. Сначала я погиб от руки отца, затем был убит собственным братом, и даже не смотря на то, что в том теле уже не Эрегдан, мне становилось грустно. – «Не иди туда один. Ты не справишься»

– «Да нет времени уже отряды собирать, Грин! Наши сообщили, что шторм предстоит нечеловеческий, и волны чуть ли не как цунами. Бункер скоро затопит!»

– «Мы не выживем, если пойдем туда» – сказал я, собираясь разворачиваться, и считая, что Кинадор уже давно мёртв. Первого ящера мы вдвоем одолели с трудом, что уже говорить о втором, который хоть немного успел изучить наши повадки.

Я развернулся, и воображаемым взглядом погрузился в лежавший передо мной коридор. Мысленно промчавшись по каждому его закоулку, я увидел в конце пути устройство, и понял, что конец войны наступит лишь в двух случаях.

Либо я добьюсь своего, и наши виды начинут жить в гармонии, потому что устройство перестает плодить последователям Криса оружие, либо кто-то уничтожает кого-то, проливая моря крови, и устанавливая новый мировой порядок.

Что ценнее, жизни миллионов существ, или моя? Стиснув зубы, я сильно сжал автомат. Сжал его так, будто хотел сделать частью своего тела. Он – единственное, что могло защитить меня. Не считая одной дымовой гранаты, которая не пригодится в бою с этим ящером. Снова погрузившись в осветленные коридоры, я петлял по ним, приближаясь к своей цели.

План был прост – прийти, прорваться сквозь ящера и осколки, схватить устройство, и установить в него сапфир. Было уже давно ясно, что сапфир позволяет поработать дракона, не прибегая к применению людей для этого. Да и не только дракона, вообще кого угодно, мне показалось.

Ещё я думал, что если есть возможность наделять тушку душой, то можно устроить и обратное.