Г. П.: Да бросьте, мистер Любич, я старпер. Я силен, опасен и сексуально полноценен, мое старперство меня не волнует. И не говорите, будто я сейчас в самом расцвете сил. Потому что я действительно в самом расцвете сил. Но я старпер. Договорились?

(Секундное молчание.)

Гонзо: Чем могу помочь, мистер Пистл?

Г. П.: Оглядитесь, пожалуйста, по сторонам, и скажите, что вы видите.

(Гонзо оглядывается и видит целый лес карт и фотографий. Затонувшее Перепутье. Мизеричорд. Хоррисгем. Темплтон. Все вместе они образуют нечто вроде цепи вокруг Трубы.)

Г. П.: Что ты видишь, сынок?

Гонзо: Исчезнувшие города, наверное.

Г. П.: Позволь я тебе подскажу.

(Гумберт Пистл включает проектор – старый, с накладным экраном из прозрачного пластика и стирающимися фломастерами. Таким пользовалась мисс Пойнтер на уроках биологии, когда рисовала схему эрогенных зон – уроки эти навсегда отпечатались в памяти Гонзо, ведь впоследствии он часто их вспоминал. Гумберт Пистл знает это, он подготовился к уроку, или, вернее, кто-то подготовился за него. Ему известно, что именно эта модель диапроектора больше всего нравится Гонзо; тихое гудение кажется ему жизнеутверждающим и немного сексуальным. Мисс Пойнтер была красоткой и, по общему мнению, настоящей секс-машиной. Однажды, когда Гонзо бился над особенно трудным тестом, она наклонилась к его тетради, и он успел разглядеть то, что предположительно было грудью. Проектор неразрывно связан с его ранними оргазмами. Впрочем, сегодня Гумберт Пистл показывает ему вовсе не эрогенные зоны, а нечто противоположное: исчезнувшие города можно принять за забор, за шрам вокруг Трубы и людей, живущих в ее благодатном тумане.)