Испытывая сожаление по поводу того, что отец так и не нашел времени научить его особенностям взгляда на окружающее, присущего вершителям судеб народов, одновременно с этим он понимал, что и его собственная вина здесь не меньшая, поскольку, будучи ребенком, он не проявлял тех же качеств, которые видел у отца да и у других взрослых. Но теперь, как хотелось ему надеяться, прожив изрядный кусок жизни, он приобрел кое-что из подобного опыта самостоятельно. Потом, когда освободительная война завершится, возможно, он и его отец сумеют сблизиться хотя бы немного.

— Холодно, черт возьми, — пробормотал Иссак, стуча зубами.

С самого начала Майкла интересовало, кто такой Поттер. В итоге у него сложился ответ — возможно, не самый лучший. Истинное лицо Поттера стало ему понятно с самой первой их встречи, он долго крепился, но вот теперь настоятельное желание продемонстрировать собственную проницательность наконец взяло верх.

— А я думал, что в секретной службе держат ребят покрепче, — проговорил он.

— А? Ты о чем это? — просипел Поттер.

— Ни о чем, мой нервный друг. Не обращай внимания.

Майкл многозначительно усмехнулся себе под нос, но озноб превратил его смешок в судорожный кашель.

— Поднимайся!

Это был голос Ньюфстеда, и безжалостно тыкающий Майкла в поясницу носок ботинка тоже принадлежал Ньюфстеду, но сам Ньюфстед был невидим. Промерзший и мокрый насквозь, больной и еле ворочающий руками и ногами, еще не выбравшийся окончательно из беспокойного, мучительного сна, Майкл поднялся, сел, продрал глаза и обнаружил, что похоронен заживо в белом мареве. Густой и непроглядный серо-белый туман, липнущий к лицу, подобно мокрой паутине, клубился вокруг. Помотав головой из стороны в сторону, он попытался очистить ее от мерзкодавящего груза невыспанности, притупляющего чувства. Мир вокруг него оглох, утонув в клейком тумане.

С мстительной настойчивостью Ньюфстед снова ткнул его ботинком в бок.

— Вставай же, черт тебя дери!

Майкл скинул с себя одеяло и поднял голову, высунув ее из приземного туманного слоя. Плотный белый пар стекал вниз по склону оврага двухфутовым покрывалом, местами разрезаемый стволами деревьев, просачиваясь сквозь кустарник. Заполнив неглубокое дно оврага, туман улегся в нем тяжело и ровно и стекал по нему вниз, чтобы стелиться дальше по склону горы, — казалось, что деревья и кусты рождались где-то в темной, потаенной глуби этого водянисто-молочного озера, вырываясь на его поверхность лишь вершинами.

— Где Поттер? — прохрипел Майкл, растирая лицо шершавыми ладонями.

— У Хамиля. Ты будешь подниматься или нет?