— Две разрывные пули! — будто издалека доносился до него голос Джарека. — Мне пришлось извлекать из его тела осколки его собственных костей! Боюсь, он безнадежен — у него разорвана селезенка, повреждены кишки и левая почка, задето легкое. Он теряет неимоверное количество крови — я не могу с этим ничего сделать!

— Кэно! Держись, прошу тебя! — дрожащим голосом шептала Кира, приглаживая его мокрые взъерошенные волосы. — Аллах, дай ему немного сил, чтобы выжить!

— Эх, ты все еще веришь, детка, — проговорил Кэно, немного опомнившись. — Все еще на что-то надеешься… Думаешь, кто-то из нас пройдет по узкому расшатанному мосту над преисподней? Спасай свою жизнь, ведь после жизни уже ничего нет.

Он закрыл глаза. Ему виделся огромный зал с невообразимо высокими колоннами. Между колоннами горит огонь. Приглушенный черно-белыми и зелено-синими витражами лунный свет проникает в помещение серебряной паутиной. Откуда-то из пустоты слышится знакомая мелодия:

Посреди зала в полумраке стоит огромный дубовый стол. Он, Кэно, сидит во главе стола, по правую руку от него — его лучший друг и кровный брат Джарек, по левую руку — Кира, его любимая женщина и, возможно, единственный человек, к которому он был нерушимо привязан. И все, абсолютно все «Черные драконы», воины свободы, сидят перед ним, за этим столом, пируют, произнося одни и те же тосты: «За свободу!», «За Черных драконов!», «За Кэно!»…

Но в один момент этот придуманный им самим холл Вечной Славы исчез, вокруг снова появились очертания серых грязных стен подвала, кишащего черными пауками. Подвал, из которого некуда бежать, но и он вдруг сменяется, на сей раз кромешной тьмой. Тьма покрывает все, въедается в глаза, изнурительная жара медленно вытягивает из тела последние силы. Над головой клубятся кроваво-черно-красные тучи едкого и колючего, несущего вонью ядовитой серы тумана, сквозь них в никуда прорываются колонны, выложенные из почерневших человеческих костей. Под ногами старая кровь и гниющая плоть, между которой протекает кипящая лава. Сквозь мрак к анархисту уверенным, отчеканенным шагом направляется высокая худощавая фигура. Черный дым окутывает этот темный силуэт. Он приближается. Окутывающая фигуру мгла рассеивается, взору предстают красные с сине-зеленым длинные одежды, расшитые золотом. Неизвестный подходит к Кэно вплотную, из темноты гневно смотрит его тощее, бледное лицо с серо-синеватой кожей и горящими холодным зеленым светом глазами…

Кэно очнулся оттого, что Кира крепко сжала его руку. Он взглянул в ее глаза и впервые увидел ее слезы. Кэно еще раз сорвался на кашель и прикусил губы, чувствуя, как усилилась боль в раненом боку.