Светлый фон

Там в вышине, там в вышине

Там в вышине, там в вышине

Великий может никем оказаться»

Великий может никем оказаться» Народная мудрость

Орсис, 961 год после РР

Орсис, 961 год после РР

Красный узор был нарисован на белом фоне кровью. Кровью иридонийского забрака, лучшего студента Академии Боевых Искусств Орсиса, юного ситха-ученика, которому было суждено обрести титул Темного Лорда. Родителями, которых он не знал, ему было дано имя Мол — под стать будущему могуществу и великим свершениям, которые они пророчили своему сыну.

Ты же знаешь, что космос жив? Эта бездна глядит на нас, Мрачно-черную пасть открыв, Мириадами белых глаз. Но души нет в глазах ее, Как тоски в закатном луче. Я готова отдать ей все За твою руку на плече.

Эти стихи читала Далин — темноволосая девушка человеческой расы. Музыка девичьего голоса, пропахший морем туман и призрачный свет луны превращали в ритуал или мистерию то, что происходило в зеленоватых сумерках Орсиса. В центре площадки перед Академией, просто под открытым небом стоял стул. Юный Мол сидел на этом стуле; глубокие вечерние тени с четкостью гравюры подчеркивали рельеф мускулов на его оголенном торсе. Забраку было только пятнадцать стандартных лет, но он уже обладал закаленным телом воина, выкованным строгим режимом тренировок и испытаний. Рядом с Молом стояла его однокурсница, статная черноглазая наутоланка Килинди Матако. Она, чуть склонившись над забраком, делала что-то с его левым ухом. На белоснежной ткани полотенца, которое покрывало левое плечо и шею иридонийца, рдел узор мелких кровавых пятен. Далин, приковав взор к датападу, ходила кругами по площадке вокруг этой странной пары и продолжала зачитывать чувственные строки:

Сколько стоит моя слеза? Это знает одна луна. Как у зверя, твои глаза —