Наверное, я молчал минут десять. Переваривал. Утомленный последними днями, бессонными ночами, постоянной нервотрепкой, мозг очень трудно впитывал только что сказанное. Наконец впитал.

– Давайте я еще раз повторю все, что понял.

– Давай, – кивнул Ефим.

– Итак. Те, кто надо мной издевался, такие же ваши враги, как и мои. Они – темные, вы – светлые. Они эту пакость с услужением придумали и стали народ вербовать в свои ряды сатанинские, а вы благодаря мне теперь их планы проведали и на корню пресечете? Так, что ли?

– Немножко наивно изложено, но, по сути, верно.

– То есть вы – не убийца?

– Не приведи бог!

– И пришли сказать мне, что все кончилось?

– Именно.

– И что я крут?

– Как хребты Гималаев! – он усмехнулся.

Я откинулся на спинку дивана, даже не обратив внимания, что прижал спиной Ленкины ноги.

– Тогда я пошел? – сказал я, не двигаясь с места.

– Погоди… Можно одну просьбу… От благодарного, так сказать, слушателя.

Я пожал плечами, все еще не веря в свое счастье и ожидая подвоха.

– А вы разве слушаете нас?

– А как же? Радио слушаю. Всякое. Но врать не буду, «Одну волну» поймал только сегодня.

– Понятно. Так что надо-то? – я все еще был напряжен.

– Можешь мне одну песенку включить? Я никак ее в вашем плейлисте отыскать не могу… А копаться в чужом компе как-то нехорошо.

– Могу. Какую? – я вздохнул. Все радийшики знают, почему вздохнул.