— Но что мешает вам развозить припасы по хижинам как раньше?

— А то, что нам самим этих припасов больше никто не привозит. Нашей основной функцией было распределение оружия и пищи по хижинам, сами мы ничего не производили. В нашем распоряжении есть несколько механизированных ферм, но продукты, которые там производятся, — капля в море по сравнению с обычным объёмом снабжения.

— Значит оружие, одежду и еду вам даёт кто-то другой? — понял Нэк.

— До недавнего времени это было именно так. Однако в течение последних месяцев никто и ничего нам не привозил, а наши собственные запасы подошли к концу. Поэтому при всём своём огромном желании мы оказались не в состоянии снабжать хижины, результатом чего как раз и явились все те несчастья, которые ты на своём пути обнаружил.

— Но что случилось с ними? Я имею в виду тех, кто доставлял вам припасы.

— У нас нет с этими людьми связи. Все телевизионные приёмники внезапно прекратили приём передач, из чего можно было сделать вывод о серьёзной аварии в системе энергоснабжения. Наши посланные за припасами грузовики не вернулись. Боюсь, что кроющаяся где-то в нашей системе ошибка внезапно проявила себя и теперь нам придётся за эту ошибку расплачиваться. Положение очень серьёзное.

— И все хижины теперь будут разрушены?

— Очень может быть. И, чего я боюсь больше всего, все наши школы, фермы и больницы тоже. Мы не сможем отразить нападение большого количества вооружённых людей, тем более во многих местах одновременно. И если нам не удастся исправить положение в ближайшее время, я глубоко сомневаюсь в том, что нам удастся сохранить в будущем наше сообщество в его существующей форме.

— Означает ли это, что беда коснётся нас всех — и вас и кочевников?

Доктор Джонс кивнул:

— Ты отлично ухватил суть.

— Нужно узнать, что случилось с вашими поставщиками. И человек, который возьмётся за это дело, должен быть не из вашего числа. Он должен уметь сражаться. Если ваши водители грузовиков похожи на тех стариков, которых я спас, то…

Доктор Джонс опять согласно кивнул.

— Если хотите, я могу взяться за это.

— Ты очень великодушен. Но ты не сможешь разобраться в деталях. Мне необходим письменный отчёт…

— Да, я не умею писать. Но вы можете отправить со мной того, кто писать умеет, и я буду защищать его.

Джонс вздохнул:

— Твоё предложение очень соблазнительно. Но мы не должны использовать тебя в таком качестве, это противоречит нашей этике. Защищая «ненормального», ты подвергнешь себя серьёзной опасности.

— Ты прав. Я не смогу помочь людям, которые не имеют разума.

— Поэтому всё, что мне остаётся, это поблагодарить тебя за доставленное послание, — доктор встал. — Ты волен оставаться с нами сколько хочешь. Но я сомневаюсь, чтобы спокойная жизнь была тебе по душе.