В третий раз им пришлось остановиться для того, чтобы привести в порядок дорогу. Ручьи — результат недавних сильных дождей — вынесли на дорогу кучу песка и камней. Нэк наконец-то тоже смог быть чем-то полезен. Попросив мисс Смит постоять в сторонке, он перекидал на обочину камни и лопатой счистил с дороги песок.
К вечеру, по расчётам Нэка, они проехали в пять раз больше того, что мог пройти взрослый воин пешком. И это несмотря на все задержки.
— Сколько ты обычно проходишь за день? — спросила мисс Смит, выслушав замечание Нэка по поводу проделанного пути.
— Если иду один, то тридцать миль. Могу пройти и больше, если тороплюсь. Миль двадцать, если иду с дружиной.
— Тогда, по твоим словам, сегодня мы должны были проехать ровно сто пятьдесят миль.
Нэк обдумал это заявление, пересчитав на пальцах. Он знал цифры и умел считать, но задача, с которой столкнулся сейчас, была посложнее тех, с которыми он имел дело раньше.
— Да, правильно.
— По спидометру мы проехали всего лишь девяносто пять миль, — сказала мисс Смит. — Из кабины скорость всегда кажется выше. Будь дорога мощёной или хотя бы немного получше укатана, мы смогли бы проехать вдвое больше.
— Грузовик запоминает, сколько миль он проехал? — поразился Нэк. — Наверняка он забыл кусок между тем местом, где мы переливали бензин, и тем, где чинили дорогу.
Мисс Смит весело рассмеялась.
— Непременно! Машины — они такие глупые!
Никогда раньше Нэку не приходилось так долго общаться с женщиной, разговаривать, шутить и работать вместе. К его удивлению, это оказалось не так уж сложно.
— Сколько ещё до места?
— От школы напрямую было около тысячи миль. Абсолютно прямых дорог не бывает, поэтому в действительности немного больше.
Нэк снова принялся считать:
— Получается, что дорога займёт у нас чуть больше десяти дней.
— Скорее всего, чуть меньше. В некоторых местах состояние дорог получше, чем на том участке, по которому мы ехали сегодня. Смотри, я покажу тебе на карте. Думаю, самое тяжёлое позади…
— Нет.
— Нет? Почему? — девушка подняла глаза от карты и посмотрела на Нэка.
— Самое худшее — это то, из-за чего ваши грузовики не смогли вернуться обратно.