Достаточно изменить угол обзора, чтобы картина решительным образом изменилась. Что из вышеперечисленного считать завершением? Кто знает… Возможно, на самом деле конец выглядел так…
– А теперь объясни в деталях, что побудило тебя принять именно такое решение.
– Ох, государи мои, как же с вами тяжело, – с усмешкой сказал Килар Ниргитай.
В небольшой комнатке собрались трое. И если один был самым обыкновенным гоблином, то двое других на первый взгляд казались людьми. Мужчина и женщина, высокие, сложенные неправдоподобно гармонично, словно античные статуи. Златокудрый атлет и среброволосая красавица. Лишь отрешенность лиц и бушующие огненные ауры указывали на их подлинную природу.
Драконы из двух правящих кланов – Солнечного и Лунного.
Два равноправных царственных клана, правящих драконами, нередко ставили обывателей в тупик. Ксенопсихологи же давно выяснили, что их личностные качества прекрасно уравновешивают друг друга. Если Солнечные могущественны и способны любого убедить своим авторитетом, но чересчур порывисты и импульсивны, то Лунные – существа мудрые и рассудительные, идеальные советники, способные уберечь от любых неосмотрительных поступков.
Общего потомства эти два клана не давали, но отношения между царственными парами далеко не всегда носили платонический характер.
– Извини, Ниргитай, но с твоим племенем не легче, – хмыкнул Арриурсх Солнечный. Дракон улыбался, но на дне изумрудных глаз плясал опасный огонек. – Поэтому рекомендую объяснить, почему ты проголосовал за обнародование этих… материалов для научной общественности.
Трое только что вернулись с Эйллэнда, с последнего из череды закрытых совещаний, проходивших по завершении войны. После того, как прошла основная рутина – аннексия одной эльфийской планеты в пользу Костуара и солидные контрибуции странам-победительницам, господа политики сосредоточились на материях более темных и для широкой огласки не предназначенных. В частности, речь пошла о наследии некоего Нифонта Шриваставы.
После того что произошло с Ирруалхом из Сапфирового клана, те драконы, до которых дошли подробности, не могли говорить об этом смертном без гнева. Тем сильнее оказалось их удивление, когда на общем голосовании Килар Ниргитай, номинальный премьер-министр гоблинов, проголосовал за то, чтобы привлечь ведущие умы современности к изучению