– Тормозим, – сказал Добрынин. – Тут паром должен быть. Не знаю, сколько паромщик сдерет… в прошлый раз заглота пришлось убивать.

– Заглота?!.. – девушка аж поперхнулась. – Он тут?! Вот бы кого изучить!.. Да и сока желудочного набрать! Узнаем?!

– Узнаем… – кивнул Данил, однако очень сильно сомневался, что зверь уже поселился в окрестностях.

Так и оказалось. Тот же дед, подошедший на лодке, цену назвал в патронах, а не в услугах. Переправа стоила кругленькую сумму – триста семерок. Про такого зверя, как заглот, тут не слыхали – да и вообще, как оказалось, мутанты здесь не балуют. Хотя, бывает, и набегают из Сыктывкара.

– Если появится зверюга – мешок на паучьих лапах – вы его не трогайте, – посоветовал Добрынин. – Он поселок от других мутантов будет оберегать. Первый никогда не нападает. Но не терпит в своих охотничьих угодьях агрессивное зверье. Сразу давит. Живите с ним бок о бок, мирно…

– Агась… – фыркнул дед. – Вот прям щас так и дадим ему тута жить… Ну ты, мил человек, сморозил… Все верно сказал – «в своих охотничьих угодьях». Значица, и мы тоже в его угодьях. Я не хочу ночью до уборной топать и кажного шороху шугаться… Мож он меж сараев притаился, иль на огороде?.. Кишка ужо слаба, портки замараю. Не-не-не, сразу в расход!

– Ну, как знаешь, дед,… – не стал настаивать Добрынин. – Это тебе просто информация к размышлению. А насчет «в расход» – там видно будет…

Дед, глянув на них, как на умалишенных, сделал ручкой. Распрощались.

Двести километров до Ропчи, поселка, держащего оборону от орд мутантов, прошли за три дня. Только вот Ропчи Добрынин не узнал: стены, в прошлый раз так поразившей его, не было и в помине, хотя сам поселок вроде бы угадывался. По крайней мере располагался он так же – на большой поляне-проплешине, которую и огибал тракт.

Здесь заночевали – у самой дороги, за пределами поселка, стояло большое квадратное здание, похожее на блокгауз, сложенное из толстых сосновых бревен. Впечатление усиливалось частоколом в одно бревно, огораживающим его, и окнами бойницами в стенах первого и второго этажей. Первый этаж занимал большой зал с грубо сколоченными столами и лавками, барной стойкой и подсобными помещениями, весь второй был отдан под комнаты для гостей.

Игорь Антонович, сказавшись больным – он и впрямь выглядел неважно, то ли продуло в дороге, то ли еще чего, – остался в модуле и весь вечер носу наружу не казал, лечился настойкой из Руча. А вот Данил с Юкой решили сменить полки кунга на нормальную кровать в комнате. Да удалиться от посторонних на ночь не мешало бы…