– А ты откуда язык знаешь?

– Учил. И немецкий знаю, но хуже.

– Что ещё англичане сказали?

– Да ничего такого, они больше спрашивали.

– Ты знаешь, кто такой Тэддер?

– Он представился: он – командующий РАФ. Только он что-то не в себе был. И взгляд какой-то отсутствующий, поначалу.

– У него жена погибла несколько дней назад. Должны были вместе прилететь.

– Тогда понятно.

– Слушай, генерал. Познакомься с ним поближе!

– Ну, хорошо, только где?

– Завтра, на переговорах. Иосиф Виссарионович! Разрешите я его задействую?

– Только без цирка, товарищ Титов! Ты ж, как-никак, представитель Ставки и генерал, а ведёшь себя, как мальчишка! – недовольно пробурчал Сталин.

Ночью не спалось: орали цикады, потом возник какой-то шум, я вышел на террасу второго этажа здания посольства, покурить. Выигравший пари американец сунул мне пачку моих любимых сигарет «Кэмел», правда, без фильтра. Стою, облокотившись на парапет, смотрю, что происходит в одном из крыльев дома. Сзади чиркнула спичка, я повернул голову: Сталин прикуривает трубку, сзади кто-то из охраны.

– Что, не спится, товарищ Титов?

– Цикады орут, как…

– На юге всегда так. Вы сами откуда?

– Не помню, товарищ Сталин.

– Ах да, извините. Президент Рузвельт переехал к нам в посольство. Появились данные, что готовится покушение на лидеров союзников. Так что проводить переговоры будем здесь. Главное для нас – это Второй фронт.

– А он нам нужен? Он нужен был в 41-м, в начале 42-го. Нужно расширение поставок, заводы, вакуумные печи, дюралюминий, связь, автомобили.