— Мы получили ваше сообщение, — шепотом сообщил он. — Не представляю, как вы это организовали, но то, как оно прибыло, выказывает отличную смекалку. Вы мало-помалу набираете форму.

Кивнув, Тони махнул рукой, молча приняв в свой адрес похвалы за работу Гольдштейна. Пора уж кому-нибудь похвалить его хоть за что-то, пусть даже незаслуженно.

— Чего это ради столько народу и багажа?

— Меняем базу. В Кокойоке теперь слишком пристальная слежка за нами. Останемся в этом отеле.

— А почему мы шепчемся в туалете?

— Из-за электронных «жучков», конечно. Вы меня удивляете, Хоукин. Сейчас Шульц проверяет остальные помещения.

Вода в бачке забурчала и смолкла. Соунз снова нажал на рычаг. Из унитаза повалил пар, и агент попятился от него с вытаращенными глазами.

— Я тоже недоумевал, — сообщил Тони. — Официант объяснил, что водопроводные трубы уложили неправильно, залили все бетоном, а потом было поздно. Краны исправить было несложно, просто поменять вентили, а вот туалеты…

— Ну ладно. Если тут есть «жучки», а в этом я не сомневаюсь, я выйду, снова войду и заговорю с вами, а вы мне подыгрывайте. Я хочу скормить им немного дезинформации.

Когда они вышли, незнакомец по-прежнему сидел на своем чемодане с пистолетом в руке, зато Билли стоял на кровати, указывая на потолочный светильник. Тони не увидел там ничего интересного, но Соунз встал на цыпочки, пригляделся и понимающе кивнул. Подошел к двери, постучал. Тут к нему подоспел Тони, чувствуя себя глуповато из-за этого спектакля, пока Соунз открывал дверь, тарахтел дверной ручкой и поспешно запирал.

— Привет, — ничего более путного в голову не пришло.

— Привет. Я получил ваше послание.

— Отлично. — Да подобной чепухой не проведешь и пятилетнего ребенка!

— Деньги из Вашингтона выслали, будут здесь к утру, сплошь потрепанными мелкими купюрами, непомеченными, как просили.

— Хорошо.

— Я снял номер чуть дальше по коридору. А почему вы выбрали для встречи именно этот отель?

— Я не выбирал. Они сами зарезервировали для меня номер.

— Что?! В записке вы этого не сообщили. В номере наверняка установлены «жучки»! Нельзя, чтобы нас подслушивали. Дайте-ка посмотреть… Ага! Вон он, вон там, на лампе. Сейчас отключу.

Он махнул рукой, Билли потянулся наверх, перекусил бокорезами невидимый проводок, извлек из осветительной арматуры что-то и отдал Соунзу. Тот одобрительно кивнул.

— Швейцарский, «Штайнхёгер-31», такой же, как наши. — На ладони у него покоилась невинная металлическая пуговка, не больше десятицентовой монеты. — Розничная цена триста восемьдесят семь долларов. Можем оприходовать, благотворно скажется на бюджете. Хоукин, это Стокер, из казначейства.