Казачки тоже не остались в стороне, приложив нездоровый интерес к женской одежде прошлого. Многие нарядились в длиннополые юбки, сапожки без каблуков и стали украшать шею бусами.

Карымская казачья община сплотилась за очень короткое время и теперь уже никто не делил казаков на своих и чужих.

Нас стало намного больше. В Карымск постепенно стекались и другие переселенцы, которые имели желание остаться у нас. В основном это были люди из-под разрушенного войной Иркутска и соседней области – Красноярской. До начала холодов в население Карымска возросло ещё человек на двести. А общее число людей приближалось к шестистам.

Заготовку дров на зиму мы закончили уже к середине октября. А пилорама уже начала давать первые доски через три недели после нашего приезда. И они, хотя и не были, как следует, просушены, сразу пошли в дело. Кое-где меняли полы, но в основном их пустили на производство топчанов. Мебели у нас почти не было. Поэтому решили в первую очередь обеспечить всех людей кроватями. Они, может быть, были не очень красивыми, но зато намного прочнее, чем мебель из прессованных опилок в моём времени. Работа шла быстро: их делали однотипно, по шаблону.

Среди казаков появились и свои, неформальные лидеры, которые стали хорошим подспорьем для старшин.

Больше всех работы было у Евгения Ежа, который к вечеру уже падал от усталости. Он руководил так же сборкой мебели.

Со всех сторон поступали различные грузы, которые частично раздавались казакам, а частично оприходовались на склады. Еж всё это подсчитывал, определял степень нужности, делал отметки. Но со своей задачей он справлялся. Так как Ёж был тихим, незлобным человеком и, что бы его авторитет не упал в глазах бойких казаков, я своей властью присвоил ему звание сотника.

А между тем звания казаков, носящих погоны в Карымске и его окрестностях стали значить очень многое. Люди поняли, что теперь будет не так, как раньше при классовой системе. Они поняли, что любой человек может подниматься по карьерной лестнице и всякий, имеющий талант, может быть отмечен.

В общем, забот у нас, у всех нисколько не уменьшилось. Все дела были срочные, и приходилось их решать немедленно.