— Я всю ночь об этом размышлял, госпожа Дана…Если не думать о худшем… то мастер Лекс сейчас находится в таком месте, где с котятами нельзя — иначе бы он их не бросил. И если он не нашел способа передать их нам, то либо у него такой возможности нет, либо он не хотел с нами встречаться.

— Допустим, у него такой возможности нет. Что это значит, по-твоему?

— Значит, он ограничен в свободе. В случае с мастером Лексом это может быть только тюрьма, ничто другое его не остановит, — убежденно ответил Ларс. — …При условии, что он жив, конечно…

— Нет.

— Что — нет? — испугался Ларс. — Он … не жив? — дрогнувшим голосом проблеял парень, побелев, как полотно.

— Ларс, прекрати паниковать! — прикрикнула на него магичка. — Я имею в виду, что он, например, еще может скрываться. В этом случае он тем более не станет искать с нами встречи, чтобы его не могли по нам отследить, и тогда …

Дана внезапно оборвала свои рассуждения на полуслове, резко подскочила на скамейке, и, развернувшись, чуть ли не бегом рванула наверх, к своей комнате. Ничего не понимающий Ларс помчался за ней следом, оглядываясь по сторонам.

— Госпожа Дана! Госпожа Дана! — причитая на ходу, пристал к ней Ларс. — Что случилось?

Дана, уже будучи на лестнице, резко развернулась, и Ларс чуть не влетел прямо в нее со всего размаху. Магичка схватила его за плечи и отчеканила железным голосом:

— В зверинец больше не ходи, это раз. Разговаривать с тобой мы будем только внутри дома, два. Я сейчас отправлюсь в Арбитриум, пойдешь за мной, используя свое заклятие невидимости. По дороге смотри в оба, увидишь что-нибудь необычно, убедись, что это так и сразу уходи.

— А что случилось-то? — полным слез голосом протянул испуганный Ларс.

— А то, что за нами, скорее всего, следят.

— К-кто? — заикаясь, шепотом спросил парень.

— Те, от кого прячется Лекс Гор, — так же тихо ответила Дана, и чуть помедлив, добавила:

— Если он жив…

Ларс только открывал и закрывал беззвучно рот, оглядываясь по сторонам, будто хотел обнаружить слежку прямо в их доме. Видя, как он напуган, Дана уже более спокойным тоном добавила:

— Будем надеяться на лучшее. Запомни, что я тебе сказала. И вот еще что… Если тебе покажется, что за тобой следят, ничем не выдавай себя — это три! Понял?