Джо сидел, уперев локти в панель, и мрачно глядел на окарину.

– Эта мультиплексная вселенная не по мне. Не нравится. И я хочу от нее подальше. Если я теперь комплексный, то это плохо и неправильно. Если я когда-нибудь вернусь на Джинрис, то все силы положу, чтобы опять стать симплексом. Честное слово.

– Что на тебя нашло?

– Мне здесь люди не нравятся. Только в этом и дело, по-моему. Ты слышал о Геодезической наблюдательной станции?

– Слышал, конечно. Ты что, на нее напоролся?

– Угу.

– Это неприятно. Ну что ж, в мультиплексной вселенной встречаются порой и прискорбные явления. Одно из них – симплексность…

– При чем тут она?

– …а ты должен радоваться, что сумел настолько приблизиться к мультиплексному видению мира. Иначе ты бы от них живым не ушел. Я слышал, к ним попадали другие симплексы. Обратно никто не вернулся.

– Они что, сами симплексные?

– Бог мой, ну разумеется! Разве ты не понял?

– Но они же собирают разные данные. И сама станция такая красивая. Будь они дураками, они бы ее не построили.

– Во-первых, бо́льшую часть станции построили Ллл. Во-вторых, как я не раз уже говорил, интеллект и тип сознания не обязательно связаны.

– Но я-то как мог догадаться, что они такие?

– Пожалуй, ты прав. Нужно поговорить о симптомах. Они тебе задали хоть один вопрос?

– Нет.

– Вот – первый симптом, хотя и не определяющий. Они смогли установить, кто ты такой?

– Нет, решили, что я работу ищу.

– Это означает, что им все же следовало задать тебе пару вопросов. Человек с мультиплексным сознанием всегда задает вопросы.

– Я помню. – Джо опустил окарину. – Когда Харона пыталась мне все это объяснить, она спросила меня, что самое важное. Если бы я их спросил, они бы ответили, что это их дурацкий словарь, или энциклопедия, или как его там еще…