В динамиках кто-то засмеялся.

Чертыш почесал лапкой ухо.

– Оно движется вон оттуда, и движется с чудовищной скоростью, – сказал Ком.

Смех стал еще громче, перерос в истерический хохот, до самого потолка наполнил рубку. Что-то промелькнуло мимо Комовой стеклянной стены, внезапно развернулось и, не долетев, зависло перед ней метрах в семи. Смех оборвался, послышалось загнанное дыхание. Нечто повисшее снаружи было похоже на гигантский валун с отполированной передней стороной. Ком немного сместился в яростном свете Тэнтемаунт, белый свет передвинулся по валуну, и Джо увидел, что передняя сторона у него прозрачная. К стеклу, уперев руки над головой и широко расставив ноги, приник какой-то человек. Даже на расстоянии Джо видел, как его грудь трудно вздымается в такт дыханию, метавшемуся по рубке.

– Ком, будь добр, убавь звук.

– Ой, прости.

Чужое дыхание покинуло его голову, превратилось в обычный звук и отдалилось на почтительное расстояние.

– Ты с ним будешь говорить или я?

– Давай ты.

– Кто вы? – спросил Ком.

– Ни Тай Ли. А ты кто и как смеешь быть таким интересным?

– Я Ком. Я слышал о тебе, Ни Тай Ли.

– А я о тебе никогда, Ком. Но знаю, что стоило бы. Почему ты такой интересный?

– Кто это? – прошептал Джо.

– Тсс! Потом скажу… Что это ты делал сейчас, Ни Тай Ли?

– Летел вон к тому солнцу, смотрел на него и думал, что оно прекрасно. И хохотал, потому что оно прекрасно и оно убьет меня и останется прекрасным, и я сочинял стихи о том, как прекрасно солнце и планета, что ходит вокруг него… А потом я нашел дело поинтереснее: узнать, кто вы такие.

– Тогда прошу на борт. Узнаешь еще больше.

– Мне уже известно, что ты коммуникативный обучаемый мультиплекс, построенный на основе сознания Ллл. Есть еще что-то, что мне нужно узнать, прежде чем я возьму курс на пламя?

– Тут со мной юноша твоих лет, о котором ты не знаешь ровно ничего.

– Значит, иду к вам. Выпускай свою трубу.