– Все понимаю, господин дасбутмастер, – дерзко возразил рядовой Конги, чем несомненно заслужил бы неминуемое наказание, не окажись господин дасбутмастер в весьма фривольном настроении.

– Пусть она появится здесь голая, солдат, – приказал Ферц.

– Не могу, господин дасбутмастер.

– Ни разу не видел ее голой, рядовой?

– Не в этом дело, господин дасбутмастер, – несмотря на то, что Конги вновь вытянулся во фрунт и чеканил каждое слово с уставным лязгом, по содержанию его ответ тянул на десяток ударов шомполом. – Не могу по этическим соображениям, господин дасбутмастер.

– Каким-каким, солдат? – почти ласково поинтересовался Ферц. – Ты говори нормально, солдат. Вроде по-человечески умеешь толковать, а точно материковый выродок тарабарщину бормочешь.

– Так точно, господин дасбутмастер! Есть говорить по-человечески, господин дасбутмастер! – громыхнул Конги так, что эхо прокатилось по площади. – Учитывая ваше теперешнее состояние, господин дасбутмастер, считаю себя не в праве демонстрировать вам других людей в том виде и в тех обстоятельствах, которые они могут воспринять как порочащие их достоинства.

На первых словах рядового Конги господин дасбутмастер вроде бы даже приосанился, гордясь вбитой в железную башку местной деревенщины сложной наукой правильного обращения к высшему по званию, но последующая отповедь новобранца не столько его разъярила, сколько повергла в ступор.

Проделав весьма непростую мыслительную операцию по переводу сказанного чучелом железным на человеческий язык, Ферц переспросил:

– То есть дрочить я на нее не смогу?

– Я не могу ослушаться законов роботехники, господин дасбутмастер! – вновь рявкнул рядовой Конги, будто грозный взрык мог хоть в малейшей степени искупить неподчинение приказам командира в условиях, приближенных к боевым.

– Чего-чего, железо?

– Законов роботехники, господин субмаринмастер!

– Что еще за долбанные законы, умгекеркехертфлакш, ты материковый ржавый ублюдок?! – взвился Ферц. – Единственный закон на всей вашей сраной земле – я, и только я! Ты понял, жалкий тупорылый маслосос?! – господин дасбутмастер стоял на самой верхней ступеньке лестницы, что вела к монументу, сжав кулаки и наклонившись к невозмутимой железной морде рядового Конги, точно собираясь вцепиться в нее оскаленными зубами. Лишь с этого места Ферц мог орать на робота не снизу вверх, а, по крайней мере, на равных.

– Никак нет, господин дасбутмастер! Не понял, господин дасбутмастер! – отрапортовал Конги. – Я могу подчиняться только трем законам роботехники, господин дасбутмастер! И вашим приказам, господин субмаринмастер, в той мере, в которой они не противоречат трем законам!