Я у нас отвечал за веселые истории.

Ну а Химику приходилось отдуваться «действиями». Так мы узнали, что наш студент умеет имитировать голоса Брежнева и Ельцина, садиться на шпагат, открывать пиво зубами (идиот!) и взламывать страницы «Вконтакте». За счет чего пополнилась наша коллекция и неприличных, и смешных историй — из чужих переписок.

— Та-а-ак. А я рассказывал, как однажды вломился в квартиру к одной бабке, а у нее там оказалась настоящая красная комната, как в «Пятидесяти оттенках»: с плетками, наручниками и фаллоимитаторами?

— Было уже, — махнул рукой Физик.

— А про то, как она меня этими имитаторами там же чуть и не оприходовала?

Химик аж поперхнулся пивом:

— Это как? Ты же сказал, что быстро нашел нужную иконку и свалил, пока эта престарелая извращенка не заявилась?

— Угу. Только я потом опять вернулся.

— Я же говорил, что Уборщик — изврат конченный! — заявил Физик и сыто рыгнул.

— Значит, вот вам вторая часть марлезонского балета. Я когда уже вернулся с добычей и начал ее упаковывать, чтобы передать клиенту, то вдруг понял, что это не просто икона — а триптих!

— Будь здоров.

— Триппер? — в традиционной ему манере съюморил Физик.

— Точнее, фрагмент триптиха — композиции из трех картин, объединенных одним сюжетом. А значит, где-то там остались еще две такие иконы. Смекаете?

— Значит, ты вернулся за остальными картинами?

— Ага, именно. И наткнулся прямо на нее. Более того, старушка обнаружила пропажу, но по понятным причинам никуда заявлять не стала, а решила сама поймать вора…

— …и наказать! — пьяно заржал Химик, перебивая меня, — Ой, извини, больше не буду.

— Ты прав. Так что она ждала меня в засаде. Свет не включала, на звонки и стук в дверь не реагировала — словно дома нет никого. Ну, я дверь отмычкой открыл и вошел. Сперва получил струю перца в лицо. Причем не из баллончика, а, так сказать, крафтового: бабулька его сама намолола и смешала какую-то просто ядерную смесь, которую лично я бы предложил внести в списки запрещенного химического оружия…

— О! Пьем за бдительность! — поднял ополовиненную бутылку пива Физик и сделал глоток.

Этот бзик у него появился полчаса назад: теперь он прикладывался к бутылке только выдав какой-нибудь дурацкий тост. «Чтобы наша дружеская попойка не превратилась в тупое нажиралово без повода», — пояснил мастер-ломастер.

Я тоже сделал пару глотков, сгреб с тарелки остатки сушеного кальмара и отправил их в рот, заодно давая товарищам проржаться.