Чудище сидело на набережной и грызло тушу то ли рубера, то ли пойманного кусача, отрывая огромные, кровоточащие куски.

До монстра было ещё метров триста, река в этом месте плавно изгибалась и дома пока не давали увидеть чудище визуально.

— Я сам, сын, попробую. Если что, вмешаешься, — произнёс Горец, когда они уже выходили на прямую и увидели Элитника, гору гипертрофированно–развитого мяса, заключённого в толстую, даже на первый взгляд костяную, шипастую броню.

Тот, в свою очередь, людей пока не видел, да и не смог бы, Горец Невидимости пока не снимал.

— Подойдём метров на сто и я начну, — сказал Горец. Дима угукнул в ответ и спросил:

— Новое покажешь что–нибудь?

Горец усмехнулся, показав на секунду оскал острых зубов, пожал плечами:

— Если нащупаю. Ну всё, готовься, снимаю Невидимость.

Мир вокруг стал немного чётче и ярче, если не знаешь о таком эффекте, не заметишь. Они с Горцем шли по дороге, между рядов разбитых машин. Тварь находилась на тротуаре широкой набережной и к людям сидела боком. Уже слышалось недовольное взрыкивание и поуркивание, словно монстр разговаривал сам с собой и ругался на неудачи последних дней. Об этом косвенно говорили и эмоции, кроме всепоглощающего Голода и ярости ощущалась досада и вполне человеческая обида на всё и всех вокруг.

— Я пошёл, — сказал Горец и припустил лёгким бегом вперёд, ещё стукнул рукоятью клинка по кузову легковушки, привлекая внимание монстра. Дима вышел из–за машин следом, он не спешил, знал, что отец справится.

Элитник от громкого, сродни выстрелу звука, прозвучавшего в почти полной тишине, встрепенулся, поразительно быстро для своей огромной и с виду неповоротливой туши принял боевую стойку и с явным удивлением, быстро перетекшим в предвкушение, уставился своими бусинами–глазами на людей, бегущих к нему в лапы. Голова монстра шеи не имела, росла сразу из огромного, переразвитого плечевого пояса, приплюснутая, бугрящаяся бляшками брони, с пастью такого размера, что легко откусила бы от Димы половину. Уркнув, Элитник резво рванул на Горца, только брусчатка в разные стороны из–под внушительных когтей полетела.

Горец тоже ускорился, отвёл клинок чуть в сторону, держа вниз остриём. И вот тварь ворвалась в радиус воздействия серпов, резко затормозила, эмоции пробило Извечным Страхом, тут же родилось и непонимание, Врага нет, перед ним мягкотелая букашка! И в этот момент Горец ещё и «зверя» спустил! О как же он силён, у меня «на привязи» слепой ещё щенок! Такая мысль пришла ошарашенному Медоеду.

Тварь и так сбитую с толку, ментальным ударом сбило и с лап. И вот сейчас монстр ощутил настоящий страх! Перед ним был Враг! Только они так могут… Диму тоже зацепило и это было довольно неприятно, не ожидал он такого напора.