— Как хочешь, но я ее впущу! — наконец сдался один из них.

И вот шлюз раскрылся. Я подозревала, что Картрайт сурово накажет ослушавшихся его приказа, но, честно говоря, меня это мало волновало. Через двадцать минут я уже говорила с Судьей по интеркому. Я наговорила ему такого, что у него, наверное, волосы встали дыбом. Но о главном умолчала.

Всю следующую неделю я не выходила из своей каюты.

Наконец я решила побывать на Базаре.

— Паркс, — обратилась я к главному смотрителю. Его ассистент по-прежнему вычерчивал в блокноте странные линии и круги. — У меня проблема. Сможешь ли ты мне помочь?

— В чем дело, Капитан?

— Я беременна.

— Что?

— У меня будет ребенок. Видимо, мне придется рожать самой, так, как делали наши предки.

От удивления Паркс на какое-то время онемел.

— Как это?!

— Я бы и сама хотела знать, — тяжело вздохнула я. — Ты задал замечательный вопрос. Но в ответе я не совсем уверена. Я хочу, чтобы ты вынул этого ребенка.

— Вы имеете в виду аборт?

— Ну уж нет. Ты должен вынуть его осторожно и поместить в одну из своих колб.

— Ничего не понимаю... Гормональные пищевые добавки поддерживают полную стерильность у горожан. Как же вы... А вы уверены?

— Осмотри меня, — предложила я.

Он сделал обследование и, получив результаты, удивлено почесал затылок:

— Да, действительно... Когда будем делать операцию?

— Прямо сейчас, — твердо ответила я. — И сбереги моего ребенка, Паркс... Я бы выносила его сама, но ты же знаешь, ни одна из женщин города не выживет после родов, и я не исключение.

— Он будет жить, — пообещал Паркс.