Тяжелое тело на моем плече не слишком располагало к разговорам.
Я не стану описывать то место, где жила Алегра. Не могу я описывать такие места. Даже не смогу сказать, каким оно было до того, как Алегра туда переехала. Единственное, что я знал об этом жилище: Бомжи (так все их называли), перед там как появилась Алегра, тут на полу ночевали. Можете представить, как выглядел «вечный пластик» после того, как они убрались? Можете представить, как выглядела искрошившаяся от времени нержавейка? Это было загаженное помещение в форме куба. По углам лежали горы грязи и отбросов. Посреди возвышалась груда вшивых одеял — постель Бездомных. А пластиковую панель окна покрывала сеть царапин. Но, не таким это помещение рисовалось телепату, живущему на галлюциногенах.
На стук Ратлита дверь открыла классическая красавица. В нос мне ударил запах наркотиков.
— Входите, — пригласила она. Звуку ее голоса вторила симфоническая музыка — настоящая сложная композиция. — Что ты там тащишь, Вим? Ого, да это золотистый!
И передо мной промельнул желтый вихрь ее одежд.
— Опусти его, положи на пол. Давай-ка посмотрим, что с ним случилось!
Мне показалось, что на меня уставились сотни глаз, смотровых щелей, сверкающих линз...
Я опустил тело на диванчик в углу.
— Ох-х-х-х-х! — выдохнула Алегра.
И золотистый застыл на оранжевых шелковых подушках, словно баржа, натолкнувшаяся на мель. А вокруг пели флейты и звенели литавры.
— Где вы нашли его? — шепотом спросила хозяйка, повернувшись к нам. Лицо ее напоминало маску слоновой кости.
Мы смотрели на тело золотистого, словно на мерцающую баржу, которая скользила по искрящемуся оранжевому сиропу между оранжевых утесов подушек в сотне футов внизу.
— Мы подобрали его на улице, — стал объяснять Ратлит. — Вим решил, что он пьян. Но от него не пахнет спиртным.
— Он смеялся? — спросила Алегра.
Смех тихим гулким эхом прокатился где-то внизу среди оранжевых скал.
— Точно, — кивнул Ратлит. — Как раз перед тем, как упасть.
— Тогда, скорее всего, он из экспедиции Ап - дока. Они прибыли на Пересадочную Станцию совсем недавно.
Москиты набросились на нас, вылетев из сырых зарослей вай. Насекомые кружили в листве. Они задевали листья, и на нас падали капли росы, прозрачные, как стекло. А где-то у подножия пальм по светлой, журчащей реке плыла баржа.
— Все верно, — наконец заговорил я, прикрыв веки, чтобы избавиться от наваждения, становившегося все реальнее и реальнее. — Я совсем забыл о них.
— Что это за экспедиция? (