— Хорошо. Поговорим, — я перевёл взгляд на мужчину, но его глаза по-прежнему ничего не выражали. — Знаете, кто я?

— Да. Меч Республики. Наслышан, — безэмоционально ответил колонист.

— Вы же из колонии?..

— Да. Я здесь скрываюсь от литанского правосудия.

— Вот даже как? И так спокойно мне в этом признаётесь? Не считаете меня адептом литанского правосудия для моих людей?

— Напротив, господин капитан. Я признаю вас предводителем настоящей политической силы, в масштабах всей Литании. Именно поэтому и пришёл к вашей… наместнице.

— Любопытно. Я вас слушаю. Что вы предложили Ле?

— Меня преследуют не за уголовные преступления. Я профессиональный организатор массовых беспорядков. Отлично могу руководить толпой во время манифестаций и митингов. Не через трёп, конечно, как эти ничтожества-политики, — губы мужчины изогнулись в кривой усмешке. — Мы действуем в толпе, подзуживаем, делаем выкрики, горячим людей. Для этого используем специальные гипнотические газы и излучатели, влияющие на психику. Если есть возможность, для достижения пролонгированного эффекта, используем наркотики. Подкладываем их в раздаваемую тут же еду, добавляем в воду. Плюс, тактическое планирование дальнейшего течения акции. Организуем людей в колонны, руководим ими через систему дистанционной связи, направляем ударные группы.

— Как интересно… — протянул я, когда мужчина замолчал, выжидательно наблюдая за моей реакцией на его слова.

Я откинулся в кресле и глубоко задумался. Почему-то вспомнилась Земля. Одна пожилая родственница очередной моей пассии жила в Киеве. Как раз, когда там проходила очередная «революция». Бабулька оказалась весьма активной, поучаствовала в массовых выступлениях. Ей неплохо заплатили организаторы, даже хватило на замену окон в квартире. А через несколько дней её увезли в больницу с диагнозом, который привёл в шок многоопытных врачей скорой помощи. Наркотическая ломка. Наелась пирожков и прочей гадости на «майдане». Не думал, что когда-нибудь увижу такого вот субъекта, который этих самых бабулек и подсаживает на наркоту. Огромного труда стоило не выдать своих явно негативных эмоций. По всему выходило, что здесь и сейчас такой специалист может оказаться незаменимым. И почему их ко мне так и притягивает? Мёдом, что ли, в Дальней намазано?

— Неужели ваши услуги перестали пользоваться спросом?

— Да нет, они всегда в цене, — впервые собеседник проявил эмоции, он ухмыльнулся. Цинично так, без тени негатива. — Просто стал фигурантом одного политического дела. Был скандал, подоплёка очередного «народного» выступления вылезла на поверхность. Не политика же наказывать? Вот меня и сделали крайним.