– Да, но его истинным именем было Дарт Тенебрус, и он носил титул темного владыки ситов. Я же когда-то был его учеником.
– Ситы, – повторил Веруна внезапно ослабшим голосом.
– Знай вы об этом, согласились бы на союз со мной?
Бывшему правителю едва хватило сил покачать головой:
– Политическая власть – это одно, но то, что вы олицетворяете…
Плэгас сжал губы в тонкую линию:
– Признателен вам за честность, Веруна. Еще не устали от моего присутствия?
– Нет… не от вас, – проговорил Веруна, полузакрыв глаза.
– Тогда позвольте объяснить, что именно с вами происходит, – сказал сит. – Клетки каждого живого существа содержат в себя органеллы, известные как мидихлорианы. Они не только основа жизни, но и позволяют таким, как я, воспринимать и использовать Силу. Я целую жизнь потратил на то, чтобы научиться манипулировать мидихлорианами. И я велел тем немногим органеллам, что есть у вас, вернуться к своим истокам. Говоря проще, Веруна, я вас убиваю.
Лицо бывшего короля бледнело, его дыхание замедлялось.
– Не… надо. Я все еще… могу… быть вам… полезен…
– И непременно будете, ваше величество. Один прославленный древний поэт сказал как-то, что с каждой смертью уходит и частица его самого, ибо он считал себя братом каждому живому существу. Я же, напротив, пришел к осознанию того, что каждая смерть от моей руки питает меня энергией и укрепляет мое могущество, ибо я – истинный сит.
– Ничем… не лучше… анцати.
– Этих пожирателей мозгов? Лучше или хуже – какое это имеет значение для тех из нас, кто давно перерос представления о добре и зле? Вот вы – вы лучше, чем Бон Тапало? Лучше, чем королева Падме Амидала? А я единственный, кто может ответить.
– Не делайте этого… Дамаск. Умоляю…
– Я – Дарт Плэгас, Веруна. Ваш пастырь.
Когда жизнь покидала тело Веруны, тропа, которой следовали они с Плэгасом, резко повернула во тьму и пустоту. И тут Плэгас остановился, охваченный внезапным чувством, что уже видел эту тропу и следовал ею.
Так ли это, подумалось ему, когда Веруна испустил свой последний вздох.
Или Сила подарила ему видение будущего?