– Я – не – могу – отсюда – выйти, – сказал он по возможности медленно, примеряясь к ее темпу времени. – Поэтому – я – тебя – застрелю.

И вскинул винтовку.

– Подожди, – сказала Энн Фишер. – Я – заключу – с – тобой – сделку – и – прямо – сейчас. – Она таращилась на его лицо, пытаясь увидеть поотчетливей, но ничего у нее не получалось. – Ты – меня – отпускаешь – и – можешь – взамен – взять – свою – Лотту.

Она это что, серьезно? Ему как–то сильно не верилось.

– Ты – что – имеешь – право – отдать – такой – приказ? – спросил Себастьян.

– Да, – сказала она и медленно кивнула.

– Но я прихвачу с собой и тебя, – сказал Себастьян. – Пока мы с ней не окажемся в безопасности.

– Извини? – Энн напряглась в попытке понять слова, летевшие как пули из пулемета. – О’кей, – сказала она через какое–то время, разобрав, очевидно, сказанное.

Казалось, она смирилась с неизбежным – факт удивительный при ее характере.

– Ты боишься, – сказал Себастьян.

– Конечно же боюсь. – Теперь, как ни странно, ее речь не казалась замедленной; скорее всего, действие инъекции подходило к концу. – Вломился, бегаешь как бешеный, швыряешься гранатами, всем угрожаешь. Я хочу убрать тебя из Библиотеки, и мне все равно, какими средствами. Посадите Лотту Гермес в стоящую на крыше машину, – сказала она в прикрепленный к лацкану микрофон. – Я туда сейчас подойду.

– У тебя такая большая власть? – спросил Себастьян с изумлением.

– Сейчас мой отец исполняет обязанности председателя Совета искоренителей. А с матерью ты уже встречался. Так что, пойдем на крышу? – Она уже заметно успокоилась, взяла себя в руки. – Мне не хочется быть убитой психом, – сказала Энн нетерпеливым голосом. – Не забывай, что я же тебя знаю. И ведь знала я, знала заранее, что ты на такое способен. Если по–хорошему, то нужно было мне вообще не приходить в Библиотеку, но в создавшейся теперь ситуации…

– Пошли на крышу, – оборвал ее Себастьян. – Иди ты первая.

Он подтолкнул ее винтовкой к ближайшему лифту.

– Да ты успокойся, – укоризненно нахмурилась Энн. – Все будет так, как мы договорились. Лотта будет ждать нас на крыше. Если ты сдуру выстрелишь, ее могут убить, а ты же этого не хочешь.

– Не хочу, – согласился Себастьян.

«Она совершенно права, – подумал он, – пора уже взять себя в руки». Подъехал лифт, и Энн Фишер жестом приказала охранникам очистить кабину.

– Мотайте отсюда, – бросила она им, нерешительно застывшим; лифт пошел вверх. – Все эти ружья, – Энн презрительно поморщилась, – и люди, любящие ими размахивать. Компенсация внутренней слабости. Вот взгляни на себя и на эту штуку; ты вдруг стал удивительно бесстрашным, потому что можешь кого угодно заставить сделать все, что тебе угодно. Vox dei, так называют винтовку юдистские боевики. Глас Божий. – Она на мгновение задумалась. – Пожалуй, не надо было снова захватывать твою жену, мы малость перегнули палку.