Какие? Я даже гадать не пыталась – все еще не мой уровень. Да и не столь принципиально. Важнее было другое: несмотря на изворотливость и непредсказуемость, Слава не избежал шаблонов, на которые его оказалось легко «поймать». Девиз: «Мы своих не бросаем» – на этот раз сработал против него. Достаточно знать кредо полковника, чтобы подобрать ключ.

Так что провокации не избежать. Не сейчас – шумиха на корабле им не выгодна, – перед самым выходом на орбиту Таркана, когда мы расслабимся и успокоимся, поверив, что удачно оторвались еще на Земле. Точечный удар, который нам дадут отбить, в качестве послания: «Ты – уязвим!»

И принести его Шторму должна буду я.

Символично!

Как и мой вывод, о котором я обязана буду ему сообщить. Данная ситуация оказалась возможна благодаря преступному попустительству офицеров СБ контрразведки.

Моему мнению он доверял.

– Ты о чем? – Дарош оторвал взгляд от тарелки, огляделся вокруг.

После трехдневного затворничества (время проводили либо в его, либо в моей каюте), мы ужинали в ресторане. Не только ради разнообразия, но и чтобы продемонстрировать всем желающим некоторую изможденность у него и легкую серость под глазами – у меня.

Я, опершись подбородком в сложенные в замок ладони, усмехнулась.

– Просто я тут размышляла и пришла к выводу, что не только мне от тебя кое-что было нужно, но и тебе от меня.

– А… – отозвался он, словно действительно вспоминая. – Старая история. Забудь.

– Забыть? – Я «мило» улыбнулась солидной даме за соседним столиком, которая смотрела на меня с явным осуждением. Ничего личного – роль. – А как же: не копи долги, не согнешься под их тяжестью?

Ухватившись, как за спасение, за бокал, Дарош откинулся на спинку стула.

Вот только я отступать не собиралась. Дружба, как и любовь, понятие двустороннее. Если я хотела и дальше хорошо делать свою работу, мне стоило заводить своих друзей, а не пользоваться теми, которых мне оставит Геннори.

– Давай, – повела я бровью, намекая, что ему лучше сдаться самому, – выкладывай. Вдруг пригожусь.

Дарош понимающе улыбнулся, но качнул головой:

– Увы, уже нет.

– А подробнее? – Уже не столько попросила, сколько потребовала я, намекая, что умею быть настойчивой.

Кажется, Дарош это уже и сам понял. Настаивать дальше мне не пришлось.

– Есть у меня пассажир…