Ксавьер встал прямее.

Проклятие! Вот и полетел его план кинуть всю компанию местным властям и молить Бога, чтобы их не выпускали до того момента, пока флот не уйдет с околоземной орбиты. Удастся ли как-нибудь отделить Ксавьера от его никчемных друзей? Увы! Похоже, все они вляпались, все без разбора.

— Значит, она отказалась принимать ваши кредитные карточки. Теперь вы, Ксавьер, — что было дальше?

— Э-э… произошел обмен оскорблениями, сэр.

— И?

— И наше возмущение вышло из-под контроля. Кидались бутылками… Вызвали полицию. Ее уложили одним ударом. — Ксавьер с опаской посмотрел на Данио.

Майлз обратил внимание, что повествование Ксавьера вдруг стало безличным.

— И?

— И полиция приехала. И мы сказали им, что взорвем тут все, если они попытаются войти.

— У вас действительно есть возможность осуществить эту угрозу, рядовой Ксавьер?

— Нет, сэр. Это был чистый блеф. Я пытался сообразить… ну… как бы в такой ситуации поступили вы, сэр.

Этот парень чертовски наблюдателен. Даже когда в стельку пьян, отметил про себя Майлз. Он вздохнул и пригладил обеими руками волосы:

— Почему женщина не захотела принимать ваши кредитные карточки? Разве это не универсальные земные, которые вам выдали в космопорте? Вы не пробовали воспользоваться теми, что остались с Махата Солярис?

— Нет, сэр, — ответил Ксавьер, в доказательство показав свою карточку. Выглядела она как положено. Майлз повернулся, чтобы проверить ее на комм-устройстве, и тут увидел, что оно расстреляно. Последняя пуля пришлась точно в центр экрана головидео. Скорее всего это был завершающий удар, хотя устройство все еще пощелкивало и слабо кашляло. Майлз прибавил его стоимость к счету и поморщился.

— По правде говоря, — тут Ксавьер закашлялся, — женщина здесь ни при чем: это машина выплюнула карточку.

— Она не должна была этого делать, если… — начал Майлз и мысленно закончил: «Если только с центральным счетом все в порядке». В животе у него вдруг похолодело. — Я проверю, — пообещал он. — А тем временем мы должны выйти на улицу таким образом, чтобы местная полиция не поджарила вас живьем.

Данио радостно кивнул на пистолет в руке Майлза:

— Мы можем пробиться через черный ход. И бегом к ближайшему входу в подземку!

Майлз, на мгновение потеряв дар речи, представил себе, как стукнет сейчас Данио его собственным пистолетом. Данио спасло только то, что Майлз опасался за свои кости. Он сломал правую руку на Дагуле, и воспоминание о боли было еще свежо в его памяти.

— Нет, Данио, — сказал Майлз, когда к нему вернулся дар речи. — Мы тихо — очень тихо — выйдем из передней двери и сдадимся.